Posts Tagged 'Валерий Кульченко'

Валерий Кульченко. Острова памяти. Часть 222

Начало Татьяна Лифанова. Качели. Посланные на заклание В этом аду любви Мы честно спросили себя: Для чего же мы рождены? Наших тел гравитация С гравитацией душ Не всегда совпадают. Всё, что важно сейчас, Мы потом забываем. Да, стремились мы вверх

Валерий Кульченко. Острова памяти. Часть 222

Начало Татьяна Лифанова. Качели. Посланные на заклание В этом аду любви Мы честно спросили себя: Для чего же мы рождены? Наших тел гравитация С гравитацией душ Не всегда совпадают. Всё, что важно сейчас, Мы потом забываем. Да, стремились мы вверх

Валерий Кульченко. Острова памяти. Часть 221

Начало Стихо-рисунки Василия Лазебного (художника, ученика Тимофея Теряева) сайт «Неофициальных новостей Ростова-на-Дону» сегодня предлагает вам. Далее

Валерий Кульченко. Острова памяти. Часть 221

Начало Стихо-рисунки Василия Лазебного (художника, ученика Тимофея Теряева) сайт «Неофициальных новостей Ростова-на-Дону» сегодня предлагает вам. Далее

Валерий Кульченко. Острова памяти. Часть 220

Начало Письмо художника Тимофея Теряева ученикам — братьям Лазебным. Публикуется впервые. «Здравствуйте, Владимир и Василий! Я написал бы вам раньше, но хотел описать вам обсуждение выставки «Молодняк». (Название выставки не разобрала — примечание редактриссы Галины Пилипенко). Выставка мне мало понравилась,

Валерий Кульченко. Острова памяти. Часть 220

Начало Письмо художника Тимофея Теряева ученикам — братьям Лазебным. Публикуется впервые. «Здравствуйте, Владимир и Василий! Я написал бы вам раньше, но хотел описать вам обсуждение выставки «Молодняк». (Название выставки не разобрала — примечание редактриссы Галины Пилипенко). Выставка мне мало понравилась,

Валерий Кульченко. Острова памяти. Часть 219

Начало Моцарт Строен, красив, не беден, Все краски хранил в себе Но был интересен не этот, а тот, что стоял в стороне. Весь в чёрном, а ликом светел «Вы Моцарт?» — спросила я . Не Моцарт, не Моцарт, не Моцарт

Валерий Кульченко. Острова памяти. Часть 219

Начало Моцарт Строен, красив, не беден, Все краски хранил в себе Но был интересен не этот, а тот, что стоял в стороне. Весь в чёрном, а ликом светел «Вы Моцарт?» — спросила я . Не Моцарт, не Моцарт, не Моцарт

Валерий Кульченко. Острова памяти. Часть 218

Начало Снега Снега Нега белого на белом. мелом расчерчен пейзаж — Закат синей рамой окна. А на радиоволне Волнение звуков Фортепьяно Пьяный бреду в белом мелом черчу следы Валерий Кульченко 1965 год Ростов-на-Дону, пос.Дачный, пер.Искрянский 14 Я был дружен с

Валерий Кульченко. Острова памяти. Часть 218

Начало Снега Снега Нега белого на белом. мелом расчерчен пейзаж — Закат синей рамой окна. А на радиоволне Волнение звуков Фортепьяно Пьяный бреду в белом мелом черчу следы Валерий Кульченко 1965 год Ростов-на-Дону, пос.Дачный, пер.Искрянский 14 Я был дружен с

Валерий Кульченко. Острова памяти. Часть 217

Начало 9 мая 2019 года Девочка-Победа Бежала по улице, ведущей к Дону, девочка и звонкий голос разносился над крышами куреней и голубых флигельков, среди разливов цветущей сирени и необычайно белоснежной вишни, буйно расплескавшей свои ветви на про пронзительно синем небосклоне:

Валерий Кульченко. Острова памяти. Часть 217

Начало 9 мая 2019 года Девочка-Победа Бежала по улице, ведущей к Дону, девочка и звонкий голос разносился над крышами куреней и голубых флигельков, среди разливов цветущей сирени и необычайно белоснежной вишни, буйно расплескавшей свои ветви на про пронзительно синем небосклоне:

Валерий Кульченко. Острова памяти. Часть 216

Начало Теперь, оставшиеся незаписанными места на холсте между уже нарисованными ветками берёзы, художник Шолохов стал аккуратно закрашивать небесным фоном. Работа адская. И, главное, противоречит тому, чему учит Теряев Тимофей Фёдорович. Его постулат, можно даже сказать аксиома: «Берите большие, цветовые отношения

Валерий Кульченко. Острова памяти. Часть 216

Начало Теперь, оставшиеся незаписанными места на холсте между уже нарисованными ветками берёзы, художник Шолохов стал аккуратно закрашивать небесным фоном. Работа адская. И, главное, противоречит тому, чему учит Теряев Тимофей Фёдорович. Его постулат, можно даже сказать аксиома: «Берите большие, цветовые отношения

Валерий Кульченко. Острова памяти. Часть 215

Начало Кубань. Станица Кугаейская стоит на реке Ейя, обильно заросшей по берегам кугой (камыш) — отсюда и название. Здесь родился художник Василий Лазебный. В 80-ые годы учился в Кубанском государственном университете и закончил художественно-графический факультет. Затем в 90-ые работал художником-оформителем

Валерий Кульченко. Острова памяти. Часть 215

Начало Кубань. Станица Кугаейская стоит на реке Ейя, обильно заросшей по берегам кугой (камыш) — отсюда и название. Здесь родился художник Василий Лазебный. В 80-ые годы учился в Кубанском государственном университете и закончил художественно-графический факультет. Затем в 90-ые работал художником-оформителем

О поэте-бродяге замолвили слово

Участник «Заозёрной школы» и человек трагичной судьбы. «Непризнанный гений» — Александр Виленович Брунько, жил без документов и предъявлял милиции измятый  журнал «Дон» со своими стихами и фото. Упекли в Богатяновскую тюрьму — нарушил ведь паспортный режим! Его, как и Бродского,

О поэте-бродяге замолвили слово

Участник «Заозёрной школы» и человек трагичной судьбы. «Непризнанный гений» — Александр Виленович Брунько, жил без документов и предъявлял милиции измятый  журнал «Дон» со своими стихами и фото. Упекли в Богатяновскую тюрьму — нарушил ведь паспортный режим! Его, как и Бродского,

«Золотая маска» — у ростовчан!

Началось всё с небольшой книги. Под ее обложку  автор — Максим Белозор  уместил жителей «Волшебной страны» — ярких личностей — музыкантов и художников — Сергей Тимофеев, Авдей Тер-Оганян, Валерий Кульченко, Юрий Шабельников и многих других (как принято говорить), входивших в

«Золотая маска» — у ростовчан!

Началось всё с небольшой книги. Под ее обложку  автор — Максим Белозор  уместил жителей «Волшебной страны» — ярких личностей — музыкантов и художников — Сергей Тимофеев, Авдей Тер-Оганян, Валерий Кульченко, Юрий Шабельников и многих других (как принято говорить), входивших в

Деревья памяти появились в Ростове-на-Дону

Валерий Кульченко. Полнолуние. 2004 год. Картон, акрил, 50х70 За черенок лопаты они держатся вместе. Ну понятно — Вова в первом классе, а Мария — уже в десятом. Будет клён и «опавшим и заледенелым», но пока что он — тоненький. Юные

Деревья памяти появились в Ростове-на-Дону

Валерий Кульченко. Полнолуние. 2004 год. Картон, акрил, 50х70 За черенок лопаты они держатся вместе. Ну понятно — Вова в первом классе, а Мария — уже в десятом. Будет клён и «опавшим и заледенелым», но пока что он — тоненький. Юные

Граф советского периода

Вот что может связывать главного художника Харьковского национального академического театра оперы и балета,  Заслуженного художника  Украины и автора скандальных песен группы «Тату» и «Звери»? Кто соединяет загадочные  картины Натальи Дурицкой и выеденные молью в форме СССР  «ковры настенные» Юрия Фесенко?

Граф советского периода

Вот что может связывать главного художника Харьковского национального академического театра оперы и балета,  Заслуженного художника  Украины и автора скандальных песен группы «Тату» и «Звери»? Кто соединяет загадочные  картины Натальи Дурицкой и выеденные молью в форме СССР  «ковры настенные» Юрия Фесенко?