Лимонов не против Меньшикова. Архи-в-ажно

Екатерина Волкова. Фото: Эдуард Петренко

Офис бизнесмена Сергея Меньшикова находится в Ростове-на-Дону на улице имени классика – Пушкинской.

Сюда приехал больше, чем писатель современности – Эдуард Лимонов (в чёрной майке с надписью «За Украину без Ющенко!») и актриса Екатерина Волкова. Его «новая любовь» — так пишет пресса, а мы добавляем – и звезда сериала «КГБ в смокинге» (в отличие от экранного образа, с наголо бритым черепом, но от этого выглядящая ещё красивее).

Покупкой средневековых замков за границей, боингов и футбольных команд, уже никого не заинтересуешь, а вот купить мечту. … В этом есть какая-то интрига… Сергей Меньшиков (голова – как бильярдный шар, ум очевиден сразу, необыкновенно располагает со второй минуты знакомства). Он так и формулирует: «купил себе мечту».

До приобретения этой манящей субстанции, у Сергея Викторовича уже был фармацевтический бизнес (ему принадлежит госпиталь и сеть аптек). Итак, ростовский бизнесмен купил права на экранизацию романа Эдуарда Лимонова «Последние дни супермена».

Роман скандален – это история любви безнадёжно больного русского эмигранта 45 – пяти лет и несовершеннолетней девочки.

Галина Пилипенко (явно предвкушая УДОВОЛЬСТВИЕ от предстоящей беседы): «Итак, последние дни Самурая»…

Сергей Меньшиков: Что-о-о?

Галина Пилипенко (в журналистском ужасе): Э-э-э…

Эдуард Лимонов: Ничего-ничего и так тоже сказать можно.

Галина Пилипенко: Давайте по порядку. Сергей Викторович, с чего вы начнёте действия?

Сергей Меньшиков, Эдуард Лимонов

Сергей Меньшиков: От произведения до готового фильма есть абсолютно четкий ряд последовательных действий, начиная от синопсиса, литературного сценария, режиссёрского сценария и множества подготовительной работы.

Галина Пилипенко: Сценарий будет писать Эдуард Вениаминович?

Сергей Меньшиков: К сожалению, Эдуард Вениаминович отказался писать сценарий, по причине занятости, я так понял. Хотя мне этого очень хотелось бы.

Эдуард Лимонов: Ну да — по причине занятости и по той причине, что я не профессионал в написании сценариев и не взялся бы это делать.

Галина Пилипенко: А кому будет доверено – уже решено?

Сергей Меньшиков: Это действительно сложный вопрос. Чтобы понять, что происходит я, расскажу сначала: я же ростовский предприниматель, я не режиссёр, не продюсер, и вот прочитал я книгу и влюбился в неё, в сам сюжет.

Когда я читал, мне казалось, что я смотрю фильм, настолько кинематографично она написана – просто листаешь страницы, как будто смотришь фильм. Немого усилий – и готовый сценарий. И у меня зародилась мечта – я подумал – почему нет?

И вот сейчас, когда я приобрёл права – мечта стала ближе, но до конца я этот путь чётко не осознаю, и в деталях что мы будем делать, не знаю. Через какие проблемы предстоит пройти – представляю, но мне их ещё предстоит расшифровывать.

Но это же моя мечта! Мой кайф, то, что я хочу делать, то, что я хочу получить и, надеюсь, получу.

Галина Пилипенко: Эдуард Вениаминович, а до этого ведь был фильм «Русская»?

Эдуард Лимонов: Да, фильм «Русская» был сделан по мотивам двух моих книг – «Подросток Савенко» и «Молодой негодяй». Режиссер Велегинский из эпизодов сделал историю.

Я ещё сидел в тюрьме, когда они обратились ко мне с этой просьбой, с этим проектом.

В тюрьме деньги особенно нужны, поэтому я особенно не разбирался, кто есть кто и не выяснял кто режиссёр, кто актёры – ничто это меня не интересовало, и даже сценарий не интересовал, меня волновала только возможность получить деньги, дабы оплатить затяжной судебный процесс, который к тому же не в Москве проходил. Короче, нужна была туча денег, и эту тучу мы отчасти получили от продажи прав на экранизацию этих двух книг.

Галина Пилипенко: А в договоре с господином Меньшиковым есть пункт, по которому Эдуард Лимонов не вправе вмешиваться в дальнейший ход событий или вы всё же будете контролировать процесс?

Эдуард Лимонов

Эдуард Лимонов: Насколько я помню, такого пункта нет и мы даже говорили с Сергеем о том, чтобы я необходимые консультации, насколько это будет, возможно давал, что-то я смотрел бы, что-то, как отец всего этого изначально, уточнял бы, ориентировал людей бы, но вмешиваться, у меня в планах нет.

Если бы даже когда выходил первый фильм, я не сидел в тюрьме, я бы не вмешивался: у меня или не было бы времени или меня бы на Украину не пустили, где фильм снимался – обычно всегда происходит что-нибудь такое.

Сергей Меньшиков: Абсолютно нет никаких противоречий в том, что автор вмешивается в производство фильма. Наоборот это не только интересно, но и полезно! Я так считаю. Я даже подумать не мог, чтобы как-то ограничить потенциальное вмешательство!

Я, напротив, «за» обеими руками и готов каждый раз спрашивать – как это и как-то. И это даже не я буду делать, а режиссёр (дай бог, если всё это получится!). У режиссёра будет четкое видение, как снимать картину, и какой продукт должен получиться. Это на режиссёрские мозги нужно воздействовать, чтобы их подправить – если их вообще на самом деле надо подправлять.

Галина Пилипенко: Если бежать чуть-чуть впереди паровоза – кто будет играть Алис, кто Генриха?

Эдуард Лимонов: Бог весть! Это у Сергея есть свои мечты, а я не знаю.

Галина Пилипенко: Не похожи вы, Эдуард Вениаминович, на белого и пушистого…

Сергей Меньшиков: Алис должна играть 14-16 летняя французская девочка. Она ходит сейчас где-нибудь, ест гамбургер, пьет колу, ей сейчас лет 12 и она еще ни о чём не подозревает.

Галина Пилипенко: Но по роману она же англичанка…

Эдуард Лимонов: Не столь важно это.

Сергей Меньшиков: Национальная принадлежность, действительно, не столь важна, просто брать русскую девочку бессмысленно, у нее не будет той ментальности. Алис в романе оторванная такая девочка! Я когда перечитал роман во второй, третий или десятый раз, вдруг понял, что Алис в романе даже больше, чем Генриха.

Сначала мне казалось, что Генрих – ключевая фигура. С кинематографической точки зрения, Генриха сыграть проще, его роль будет исполнять зрелый, опытный актёр, вероятнее всего, звёздный — ну понятно для чего…

А вот Алис – молодая девочка и, конечно же, не актриса и как правильно сыграть все описанные эмоции.… Поэтому я думаю, что самое сложное – найти эту девочку. Как это делается, я представляю себе смутно.

Галина Пилипенко: А вы не играли в такую игру: Катя пишет фамилию звездного актёра, Эдуард пишет фамилию звездного актёра, Сергей пишет фамилию звездного актёра, а потом все бумажки разворачиваются!

Сергей Меньшиков (смеясь): Ни в какие игры не играли, даже в дурачка подкидного не успели сыграть!

Эдуард Лимонов: Нет – это дело абсолютно серьёзное! И фильм должен быть не русским, а французским и сниматься должен в Париже. На местном материале и тогда это будет интересно, а если создавать очередной русский компот с претензией, то лучше не надо.

Но у нас таких намерений, насколько я понимаю, нет? (обращается к Сергею Викторовичу — прим. авт.)

Сергей Меньшиков: Конечно, нет! Сейчас я веду переговоры с «Фильм Франс» — это такая специальная организация, которая позволяет зарубежным партнёрам осваивать кинематографическую землю Франции. И планы однозначно такие: это будет французский фильм, снятый на территории Франции. Кому он будет юридически принадлежать, я пока не знаю это сложный вопрос и связан он с финансированием. Всё в стадии кристаллизации.

Кроме Люка Бессона, я никого не знаю из французских режиссёров. Но Люк – большая величина! Я видел его «Леона» и он по краскам, по стилю, по интенсивности динамики мне кажется подходящим и Бессонн, наверняка, может снять и другой красивый фильм. Но я же не знаю других режиссёров Франции! Кстати, Павел Лунгин мог бы снять, мне об этом в администрации Михалкова говорили.

Эдуард Лимонов: Я знаком с Лунгиным лично, он чёрт знает, когда приезжал ко мне в Париж, и я видел куски его фильмов, но целиком – ни одного. Первый – про чистильщиков был.

Сергей Меньшиков: Нет, первый – «Мой друг Иван Лапшин». Не знаю, может быть. И, русский режиссёр мог бы снять – ведётся-то повествование от лица Генриха, а он – русский, но с европейским сознанием уже.

Эдуард Лимонов: У него уже французское всё – там есть флэш бэки такие – отступления – на него наваливается прошлое, где есть его отец, но на самом деле – он другой человек уже. Роман отчасти и об этом – о невозможности уйти от своего происхождения и от прошлого не спрячешься никуда, даже если ты пожилой человек.

Сергей Меньшиков: Да нет, он не пожилой! Ему 45, а для Алис он вообще 30-ти летним представляется. Ну не юный, да.

Галина Пилипенко: Во Франции есть культовый режиссёр Леос Каракс, создатель фильмов — «Дурная кровь», «Любовники с моста PONT-NEUF». Его назвали «главная надежда французского кино».

Каракс на грандиозную реконструкцию старейшего моста профукал десятки миллионов франков, съёмки затянулись, чуть ли не на десять лет, и режиссёр был, вычеркнут из списка «надежд». Но фильмы потрясающие, а в его последней картине «Пола Икс» в главной роли анархистки снялась русская Екатерина Голубева.

Эдуард Лимонов: Интересно, но я не видел!

Екатерина Волкова: Я знаю Катю Голубеву. Мне кажется, это самое главное – выбор режиссёра. Это как совпадение – встречаются мужчина и женщина – или есть совпадение или его нет. Так и кино – тонкое дело – нужна любовь.

Галина Пилипенко: Эдуард, в какое кино вы влюблены?

Эдуард Лимонов: Я вообще не большой почитатель кино. Есть ряд фильмов, которые мне нравятся, я считаю их шедеврами: великолепное «Последнее танго в Париже» Бертолуччи или «Ночной портье» из этого же жанра. Одновременно мне нравятся фильмы и другого направления.

Одно время в Париже я дружил с Маковеевым его «Свит муви» очень старый фильм конца 60-ых очень хорош.

Потом, «Прирождённые убийцы» — выдающийся фильм. Их немного, а основное болото конечно, невыдающееся – причем, что на Западе, что в России.

Галина Пилипенко: В тоге все рассчитывают на конечный результат — в виде славы, денег, самоудовлетворения. Вы, Сергей Викторович, хотели бы побить кассовые сборы «Ночного дозора» или «Звёздных войн»?

Сергей Меньшиков: Всё побьём, причем, сборы в сумме от этих двух картин. Шутка. Ну, как я могу рассчитывать?

Покупая права на эту книгу, я просто покупал себе мечту, удовольствие заниматься этим, обсуждать, пытаться это сделать. Я в процессе.

Как бизнесмена, меня интересует конечный результат в виде классного фильма. Классного, в том смысле, который я закладываю – снятый на правильной плёнке, правильным режиссёром, правильно понимающим тему, в правильном месте, то есть в Париже, то такой фильм обязательно будет успешным.

А успех обязательно приносит деньги, а как же иначе? Но изначально я не думаю о деньгах, я не анализировал: ага, кино сейчас на подъёме, и давай выбирать, отсеивать авторов и почему-то каким-то образом пришёл к Эдуарду Лимонову. Нет! Я влюблён в роман!

Может я его снимать десять лет, как ваш Каракс, буду. Сейчас весь вопрос в том, как скоро найдётся творец.

Галина Пилипенко: Некорректный вопрос – не было ли Лимонову досадно, что был выбран именно этот роман, хотя, как писателю вам все книги – как пальцы на руке одинаково дороги.

Вам не хотелось сказать: «Послушай, Сергей, купи другую!»

Эдуард Лимонов: Даже мысли такой не возникло! Достойная книга среди других достойных книг.

Сергей Меньшиков: Наоборот, когда обсуждали, Эдуард Вениаминович назвал роман очень кинематографичным!

Да сам сюжет трогательной любви юной девочки к умирающему мужчине – драма, боевик – всё вместе и конец интересный – он погибает, и нет надежды на воскрешение и на то, что появятся «Последние дни Супермена-2».

Эдуард Лимонов: Роман расписан по сценам! Это же классический боевик, где есть продажный журналист и полицейский комиссар и всё как полагается.

Галина Пилипенко: Наверняка вас мучили сравнениями с Гумбертом и Лолитой?

Эдуард Лимонов: Вы знаете, роман в России прошёл незамеченным.

В России вообще нет литературной критики, так что вопросов некому особенно задавать. Книги либо продаются, либо нет. Мои книги последние лет двадцать хорошо продаются, но каких-то рецензий на «Последние дни супермена» я даже не помню.

У меня ее купило издательство «Эксмо» — уже тогда в 96 году это было мощное, огромное издательство. Достали из сейфа доллары, заплатили и мы распрощались.

Позже я увидел готовую книгу и всё.

Галина Пилипенко: А написан в 95?

Эдуард Лимонов: Так нельзя говорить, там сложная система – в два приёма. Часть была написана в 82, когда я жил в Париже, а закончен был позже, но суть не в этом, а в том, что, не то что с Гумбертом не сравнивали, а совсем ни с кем.

Больше роман не переиздавался, хотя надо бы заняться серьёзно, найти богатое издательство с большими деньгами и переиздать все книги.

Галина Пилипенко: А «Лимонка» выходит?

Эдуард Лимонов: Конечно! Газета была закрыта в 2002 году, но мы её выпускаем с тем же логотипом, по другой лицензии и вверху небольшим шрифтом указано: «Генеральная линия».

Фактически это «Генеральная линия», но, по сути — та же «Лимонка», поскольку в законе нет запрета на использование логотипа. Так что выходит, и будет выходить.

Галина Пилипенко: А что вы подумали, когда впервые увидели Сергея Викторовича? Эдуард Лимонов (смеется): А что я должен был подумать?

Сергей Меньшиков: Как же! Вы сказали, что у плаща цвет не тот! Я пришёл с моим юристом, она была в плаще.

Эдуард Лимонов (поражённо): Да? Не помню, надеюсь, это было уместное замечание, не хотелось бы обидеть её.

Сергей Меньшиков: Наоборот – порадовали.

Эдуард Лимонов: Понимаете, никогда не знаешь – кто приходит к тебе с проектом. Иногда приходит человек, разворачивает папки и собирается научить несусветному, например, как зарабатывать миллион в месяц для партии. В

таком случае я сразу говорю: «Э нет, до свиданья!», если б скромно сказал «Десять тысяч долларов», я, может быть, поверил бы, а так – понятно – параноик или шизофреник.

А тут приехал человек исключительно по делу. Не путался в книгах, не говорил: «А может, я вот эту возьму? Или вон ту». И я перед ним веер книг на стол не выкладывал. Он приехал с готовой идеей.

А дальше мы просто торговались из-за денег, как полагается, как нормальные люди. Я вообще люблю торговаться и дело даже не в конечном результате, а в удовольствии.

Галина Пилипенко: Можно понять – вы же на западе долго были лишены этой возможности.

Эдуард Лимонов: Почему? Я торговался с издателями и часто выторговывал у них деньги. Можно ведь убедить человека — сказать: смотрите здесь в моей книге это необычно, а здесь вот это хорошо и это будет интересно людям, а значит, они прочтут.

Конечно, надо мной смеялись – я во Францию приехал из Америки, и мне говорили: «Ты научился манерам янки», а я на это психологически сваливал, чтобы не выглядеть жлобом, выторговывающим деньги – мол: «Ну что ж, меня этому научили американцы, что ж теперь делать! Не исправить теперь! Проклятые янки!».

Смеясь-смеясь, но мне удавалось – десять тысяч франков выторговать или пятнадцать, что для меня было немаловажно на первых порах. Я был доволен, я считал, что это хорошо – тоже достижение.

Галина Пилипенко: Как вы распорядитесь гонораром, полученным от Сергея Викторовича? Потратите на нужды партии? Эдуард Лимонов: Уже потратил! Все мои предприятия они дорогостоящие, к сожалению. И партия и всё на свете. Но дешёвое и приносит дешевое. Галина Пилипенко: А это будет именно киноплёнка и кинопроизводство?

Сергей Меньшиков: Конечно! Фильм должен быть идеальным, захватывающим, динамичным, мирового уровня. А другого мне не нужно. Мне не надо, слава богу, зарабатывать на жизнь, я просто хочу, чтобы потом взять с полки диск, сесть и посмотреть свою любимую тему.

Сказать: «Какая хорошая история!» и посставить в видеотеку, среди своих любимых фильмов. И советовать другим посмотреть этот обалденный фильм не, потому что я к этому причастен, а просто, потому что тема потрясающая.

Эдуард Лимонов: Потом, наверное, человек тоже всегда испытывает творческое чувство, будучи, так называемым экзекютив — исполнительным продюсером: «Я сделал это! Я создал!»

Когда-то судьба забросила меня в Нью-Йорк, где я работал у мультимиллионера, который занимал должность исполнительного продюсера великолепного фильма «Степпен Вулф» и он так этим гордился!

Больше, чем всеми своими очень немалыми достижениями в области компьютерного бизнеса и потом одно время он владел фирмой чудесных английских автомобилей «Остин Мартин», но первое, что этот здоровый, под два метра роста, рыжий янки говорил – это про то, что он был сопродюсером этого фильма.

Потому что, наверное, это очень важно! Я так предполагаю, доподлинно и дотошно знать я, конечно, не могу, что Сергей такого же типа человек.

Галина Пилипенко: В современном российском кино, часто фильм делает саундтрек, хоть «Брата-2» вспомним, да и в западном содружество многое определяет – Вим Вендерс и Боно, например. Что будет с музыкой в фильме?

Сергей Меньшиков (смеясь): Может быть, Екатерина Волкова не откажется поучаствовать и спеть на французском.

Екатерина Волкова: Я совершенно больна этим романом, поэтому все может быть, но тогда Эдуард потеряет меня на несколько дней, я буду сидеть в студии и писать музыку.

Эдуард Лимонов: Поздно, процесс вышел из-под контроля нашей семьи и всецело находится в руках Сергея, а мы можем только наблюдать.

Галина Пилипенко: Вам было безразлично – каким бизнесом занимается Сергей? Эдуард Лимонов: Ну, если бы он торговал оружием, мне было бы интереснее! (Дружный хохот – прим.авт)

Галина Пилипенко: Журнал «Всё ясно» публикуя «разъяснения» о стадиях экстремизма, поставил вас на четвёртую – «метания тортов», а пятая – переворот.

Эдуард Лимонов: Да глупости всё это – я ни в кого, ничто не метал! Очевидно, речь идёт об активности национал-большевистской партии много лет назад.

Торты в редких случаях применялись, а в основном, партия вы же знаете, чем занимается – сорок девять политзаключённых сейчас.

Галина Пилипенко: Ростов для вас «толстозадое культурное наслоение», как вы пишете в одном из рассказов?

Эдуард Лимонов (изумлённо): Это я про Ростов так написал?

Галина Пилипенко: Нет, это в целом.

Эдуард Лимонов: Товарищи! Я не говорил про Ростов такого! Вы же выражайтесь точно, а то ростовчане на меня обидятся!

Галина Пилипенко: Так Ростов это Шолохов и Чехов или вы знакомы с современным «срезом»?

Эдуард Лимонов: Ростов большой живой город с полуторамиллионным населением, расположенный на берегу батьки-Дона, поэтому берите, как он есть!

Какая-то есть активность: губернатор, мэр, просто люди, казаки, станица Старочеркасская, куда мы ездили и видели цепи Степана Разина. Цепи произвели на меня огромное впечатление – это наши традиции и наша история, а Степан Разин один из самых любимых моих героев.

И в Старочеркасскую же приезжал Пугачёв, я всё это очень хорошо знаю: мой отец из Воронежской области, чуть ли из тех же самых мест, откуда и Тимофей – отец Разина.

Я с большим интересом отношусь к этому региону – какие-то видимо, личные связи по крови – я думаю, что я свободней других многих моих соотечественников. Возможно, ещё и потому что это кровь свободных людей – людей с Дона.

Я думаю, что ростовчанам приятно будет это знать – тем из них, кто считает себя свободными людьми.

Галина Пилипенко: У меня хранится открытка, на которой вы вгрызаетесь в загривок человеку чрезвычайно похожему на дядюшку Сэма. «Россия должна быть с зубами!». Подпись: Э. Лимонов. И всё это – реклама стоматологической клиники!

Вы следите за подобными штуками?

Эдуард Лимонов: Мы сделали эту рекламу для них специально. В обмен я получил какое-то количество медицинских услуг. ( Смеется) Это происходило лет десять назад, когда патриотизм был совсем не в моде! Это сейчас любой мерзавец стучит себя кулаком в грудь и говорит что он – патриот! А тогда называть патриотом было даже опасно.

А мы пытались научить даже простым вещам – вроде того, что «Россия должна быть с зубами!». Я сейчас об этом совсем не говорю, потому что об этом беспрестанно Немцов говорит сейчас, и получается неудобно, вроде того, что я за ними повторяю! И, к сожалению, то о чём я лет 10-15 назад говорил – сбылось.

И, к сожалению, мы многое потеряли – из-за отсутствия патриотизма тогда, а сегодня уже поздно, уже поезд ушел, надо было быть патриотами в 91 году и не позволить развалить огромную и великую страну. И надо было быть патриотами в 93 году и не затевать бойню в столице. И навсегда останутся позорными эти страницы в нашей истории и эти годы.

Галина Пилипенко: Надпись на майке можете прокомментировать?

Эдуард Лимонов: Майку мне подарил руководитель нашей партийной организации в городе Макеевке, в соседней с вами Украине. Там возникают движения уже не Януковича, а низов, направленных против власти, которая не удовлетворяет интересы тех людей, которые привели Ющенко к власти.

Такова реальность: там создаются сейчас достаточно сильные антиющенковские движения. А я следую за волею моих членов партии, надевая эту майку – вот я имел ввиду это.

Галина Пилипенко: Что вы сейчас пишете?

Эдуард Лимонов: Слава Богу – ничего! В том смысле, что у меня масса обязанностей – я пишу десять статей в месяц – для «Джей Q», для «Ома» — для различных журналов, для одной англоязычной газеты и для некоторых интернет-сайтов.

Получается, статья – каждые три дня. А кроме этого – туча всяческих других работ.
А книгу я зимой — только что — издал – «Торжество метафизики» называется. В ней – мой лагерный опыт сидения в саратовской колонии, близ города Энгельса. Пока на этом я остановился.

«Последние дни супермена» в Ростове купить трудно. Спасает Сергей Меньшиков, поручивший размножить на принтере несколько экземпляров. Один из таких эксклюзивов бизнесмен вручает Лимонову, другой – мне. И надписывает: «Приходите смотреть наше кино!»

Я думаю – мечта ведь ещё чем хороша – тем, что развивается.

Говорю писателю, что искала в своей библиотеке книгу «Лимонов против Жириновского», но не нашла. Так что для автографов – «Чужой в незнакомом городе» и «316, пункт «В».

Сергей Викторович уточняет: «Эдуард Вениаминович, у вас две чисто художественного плана книга, а большинство – журналистско-познавательного?»

Лимонов: «Почему? У меня чудовищная книга «Палач» есть, да и вот — «316, пункт «В» — очень хороший роман!»Тут все мы дружно смеёмся, потому что Лимонов делает обаятельную интонацию, типа «Тоже можно купить».

В этот момент Катя, сидя за компьютером Меньшикова, обнаруживает на своём персональном сайте статью «Его последняя любовь» и возмущается фото: она, видимо после концерта, с огромным зацелофанированным букетом от кого-то.

А рядом «это он – Эдичка» — с одиноким цветком.

Лимонов поддерживает Катю: «Позвони – пусть поменяют на хорошего качества».

Две маленькие дочки-погодки Сергея Викторовича, присутствовавшие во время интервью уже давно ёрзают-скучают, я спрашиваю – действительно ли, что Лимонов учил язык по книжке Уорхолла, как написано в его художественном рассказе?

«Абсолютная правда»– отвечает писатель, и я ухожу решать воображаемый кроссворд – может быть и черные, и белые клетки – всё — правда?

Галина Пилипенко – текст
Эдуард Петренко – фото и видео, которое здесь

Обновлено ( 25.02.2010 11:50 )

Комментарии

+3
#1 Алексей Евсеев 2009-07-17 23:36
А видео-запись этой встречи можно посмотреть?
Цитировать

+3
#2 Галина Пилипенко 2009-07-18 01:21
Есть такая запись, Алексей! Можно и выложить. только надо подготовить её (технически). А почему Вас это заинтересовало?
Цитировать

+4
#3 Алексей Евсеев 2009-07-18 01:42
Я думаю, Галина, что глянуть вживую на эту встречу было бы интересно не только мне, но и другим поклонникам Эдуарда: community.livejournal.com/…/

Спасибо вам за этот более полный текст, чем тот, что был выложен ранее («smi.kuban.info»), и за видео, коли появится возможность его опубликовать.

Кстати, для Истории было бы здорово указать точную дату этой встречи. Сентябрь 2005-го года?
Цитировать

#4 Евгений Сергеевич 2010-01-13 22:52
Хотелось бы увидеть видео версию брифинга!!