Ростов. Эльфрида. Послевкусие

После открытия первой посмертной выставки живописи Эльфриды Павловны Новицкой «Богиня плантаций» куратор ее —  Ируся Ровер собрала нас узким кругом в арт-кафе «Ложка» (выставка там же и сейчас проходит).

Сергей Сапожников. Ируся Ровер. Фотокарточка: Дмитрий Посиделов

Художник, фотограф, куратор Сергей Сапожников: «На примере Эльфриды Павловны Ростову стоит понять — заниматься искусством — это не безумие, а нормальность». 

Сергей Сапожников. Ируся Ровер. Фотокарточка: Дмитрий Посиделов

Запомнилось, как мега-журналист Сергей Синеок сказал: «Есть дух и буква Ростова. Ируся Ровер не ходила по рюмочным Ростова. Она жила в Новочеркасске, но она совершенно точно поняла дух Ростова. И выставку Новицкой вряд ли мог сделать кто-то другой! Ровер абсолютно не с кем сравнивать».

Ужин украсила своим присутствием Ирина Николаевна Стадниченко – близкая подруга Эльфриды Павловны, правозащитник и просто защитник интересов геев, лесбиянок и проституток.

 Ирина Николаевна Стадниченко. Фотокарточка: Дмитрий Посиделов

Ирина Николаевна Стадниченко. Фотокарточка: Дмитрий Посиделов

Ирина Николаевна выпускала газету «1\9» о гомосексуальных проблемах.

Причем за яростность отстаивания интересов имеет кличку «Питбуль».

Синеок: «При советской власти трудиться было обязательно. И этим занималась милиция. И вот в милиции работавший и с редакцией газеты «Комсомолец» друживший, Андрей Житенёв, передает победный рапорт: «Наконец –то мы трудоустроили одну проститутку. Уборщицей. В мореходку»….

Кто-то спросил – правда ли что у Эльфриды был чернокожий жених?

Я ответила, что правда – об этом мне в интервью рассказала невестка художницы. И удивилась – почему все-таки она не уехала с ним в Африку?

Стадниченко – глядя на моего сына Дмитрия Посиделова: «А вот у вас что – нет с Митей скелетов в шкафу? Так и у Эльфриды».

Я отшутилась реальностью: «Шкафы есть. Купили два икеевских – больших. Храним».

Сохранились разговоры — немного оборванные, чуток опалённые, слегка повреждённые – как картины Эльфриды, среди которых мы и поглощаем домашнюю еду (то есть как дома. Но в кафе. В «Ложке»).

Стадниченко «Если женщина живёт с милиционером… Эта женщина – особенный человек. Жить с милиционером – это совершенно не то, что жить с художником или ещё кем-нибудь».

Подруга: «Однажды я была замужем за пожарником.

Замужество длилось целых 13 дней! Он был такая яркая личность, что наш брак сгорел синим ярким пламенем».

Кто-то спрашивает Стадниченко – сколько ей лет?

Стадниченко (задумчиво): «Сколько мне лет? Столько же, столько и зим».

Берёт ручку и пишет в книге отзывов о выставке «Богини плантаций»:

«О прелесть жизни, где бы ты ручьём не протекала

При всей моей контрастности жизнелюбов, надо выстёгивать на знамени:

«Эля! Спасибо тебе, зато, что ты была в моей жизни –

дружили и враждовали – иногда.

Ты – Королева свалок, но моя дорогая, единственная, неповторимая, искромётная поэтесса.

Спасибо тебе.

Прими в день рожденья. 24 января тебе не «70»!

«Скажу я вам не для проформы,

Вы – женщина – в рассвете лет, У вас ещё такие формы,

Что всех мужчин введёте в грех

Держи свой хвост всегда трубою

Его равняй ты по отвесу.

Ведь женщина-художник – это бог

Хотя в ней много есть от беса»

Стадниченко говорит, что она написала эти стихи на предыдущий день рожденья Эльфриды. Принесла, читает вдохновенно, а Эльфрида и говорит: «Дорогая, а ведь у тебя усы уже растут».

А я спрашиваю: «Эля, я чего б им и не расти?»

Так и повздорили подруги. Но ненадолго.

Смотреть картины, читать другие отзывы и вкусно ужинать можно в арт- кафе «Ложка».

Выставка – до 21 февраля.

Задокументировала Галина Пилипенко

 

 
Видео снял сынок ! Митя !Дмитрий посиделов