Вадим Морозов.

Начало

В начале статьи я упоминала о том, что у Морозова выцветшие голубые глаза.

Читая, верстку Вадим уточняет, что глаза у него не выцветшие, а выгоревшие от ежедневной необходимости смотреть на раскаленный металл, излучающий в инфракрасном и в ультрафиолетовом спектрах.

— Вадим, для тебя металл – это?

— Для меня металл — это эфирная графика.

Создатель Помпейского стиля.

Он провел живые лилии через границу смерти, сначала вырастив их в своем саду, а затем отлив в металле и покрыв золотом.

Он вообще очень любит лилии, особенно белые. Его «натюрвита» — это противовес «натюрморту».

Цель: «Ни много ни мало — борьба со смертью: я делаю предметы твердыми и вечными».

То есть, в Помпее, залитой раскаленной лавой, остались пустоты, хранящие форму, людей, животных, предметов и эту ли пустоту, другую ли необходимо заполнять.

— Вадим, это своего рода трансляции в вечность форм? Или, «со трансляции» с Создателем?

— Ну, примерно, так.

— Вообще, в тебе, очень сильно чувствуется необходимость спарринг — партнера и претензия, извини, на то, чтобы оппонировать Господу Богу?

— Есть грех.

Смеется…
— Господь любит раскаявшихся грешников?

— Ну да, как там: « Из буйной рощи берусь вырастить дивный сад, но камень, отполированный униженными лбами — навсегда останется в своих пределах…»

— Вадим, давай немного о пространстве.

— Давай. Я сужаю пространство так, чтобы не осталось живого места.

Смеется.

(И снова, соревнование с Гауди ).Вадим Морозов. Фрагмент перил с лилиями.Вадим Морозов. Фрагмент перил с лилиями.

«Лилии ладоней Бога…»

Вера.

Вера в Бога в нем не видна, но зато просвечивается вера Творца в него.

То есть, Создатель за ним наблюдает, присматривает, так сказать. А чтобы лучше видеть друг друга, Создатель послал Морозову призму, чтобы он, Морозов, мог лучше видеть Его и мир.

Так они и смотрят теперь друг на друга: с одной стороны Господь на Морозова, с другой Морозов на Бога.

Допустим, вы держите в руках калейдоскоп с 20 стеклышками и 10 раз в минуту поворачиваете его.

Сколько времени потребуется, чтобы досмотреть сюжет до конца?Горные цепи сотрутся, высохнут моря и океаны, а вы все будете рассматривать получающийся узоры. Ведь, для того чтобы их пересмотреть, понадобятся 300 000 000 лет.

Таким образом, не касаясь предмета, не трансформируя его, мы бесконечно созерцаем абсолютную красоту. Так что, теорему Пуанкаре, доказанную Перельманом, Морозов увидел по своему.

— Вадим, и все-таки, во что ты веришь?

— В себя, и в свое предназначение…

Вообще, при общении с ним хорошо чувствуется, что судьба не дает гарантий, — одно предвосхищение чего-то необычного, давящее, как предчувствие грозы…

Горизонты открыты всем, но только смелые и легкие приблизятся к ним.

Продолжение