Архив метки: Александр Старцев

ДЖОРДЖ ГУНИЦКИЙ. ВКЛАД АЛЕКСАНДРА СТАРЦЕВА

Мы познакомились с Александром Старцевым  осенью 1983 года на почве бесконечного, глубокого, тотального, абсолютного, захватывающего интереса к хорошей, к подлинной, к настоящей рок-н-ролльной музыке.

В те годы, в начале восьмидесятых, крепко становится на ноги ленинградский рок-клуб и все, что происходило тогда в рок -клубе – концерты, фестивали, записи первых альбомов – оказывалось предметом самого горячего нашего интереса. Я стал писать в журнал «Рокси».

Саша Старцев был тогда главным редактором этого самиздатского издания и пользовался огромным уважением со стороны многих музыкантов, да и всех тех людей, кто был в какой-то степени приобщён к питерскому року.

На этом снимке и далее:  рок-журналист Александр Старцев  ведёт акустический концерт Майка Науменко в Таганрогском рок-клубе. Таганрог, Городской дом культуры, 9 декабря 1989 года. Фото: Сергей Ильич. Публикуется впервые.

«Рокси» выходил не так уж часто, в среднем  – один раз в год, тем не менее, появление каждого очередного номера становилось событием в рок-н-ролльной и в около-рок-н-ролльной питерской среде, кроме того, журнал еще дополнительно перепечатывался, распространялся по Ленинграду и за его пределами. Тогда, в середине восьмидесятых годов, более популярного рок-журнала в СССР, пожалуй, не было.

«Рокси» быстро стал одним из наиболее авторитетных самиздатских изданий России; впрочем, вскоре возникли  и «Рио», и иные журналы – в Ленинграде, в Москве, в других городах.
Первоначально появился журнал «Рокси» еще в 1977 году, его основал Борис Гребенщиков, который регулярно почитывал западную музыкальную прессу, пролезавшую через дыры и щели в железном занавесе. Он захотел создать что-то аналогичное и в наших унылых условиях.

К Борису присоединились Майк Науменко, Юрий Ильченко, Николай Васин, рок-фотограф Наталья Васильева и другие известные люди из андеграундной ленинградской рок-н-ролльной среды.

Принято считать, что название «Рокси» возникло как дань уважения английской группе Roxy music, это основная версия. Впрочем, есть и другая: «Рокси» сокращение от «РокСити».
(Забавно, что осенью 2007 года в Питере, в зале Большого драматического театра выступал Brian Ferry, вокалист Roxy music – прим.авт).
«Рокси» стал первым рок-самиздатским изданием в нашей стране, он и ориентировался, в основном, на музыкальную жизнь в Ленинграде. Но и о западной музыке тоже кое-что рассказывалось, ведь в те годы в СССР никакой открытой информации о роке вообще не существовало.

Под редакцией БГ вышло несколько номеров, потом же Борис перестал заниматься музыкальной журналистикой и полностью сосредоточился на своих «аквариумных» делах.
Да и могло ли быть по-другому?
В дальнейшем журнал «Рокси» начинает выпускать «вторая», а затем и «третья» редакция. Журнал первоначально печатается на пишущей машинке (компьютеров тогда еще не было) и тиражировался точно таким же старинным кустарным способом. Машинописные копии журнала распространялись по всей стране.

Всего же было издано за двенадцать лет четырнадцать номеров «Рокси», совсем не так уж много, разумеется, однако подпольное существование в условиях самиздата не могло не сказываться и на периодичности, и на художественных достоинствах издания.
С начала восьмидесятых годов прошлого столетия главным редактором «Рокси» становится рок-журналист Александр Старцев.

Саша Старцев нарисован Анной Астаховой.

Рисунок Анны Астаховой (Таганрог).

Он был фанатично  предан своему главному занятию, именно под его руководством журнал достигает – в 1985-1989 годах ощутимого творческого апогея.

У Саши было два высших образования, одно из них — историческое, ему иногда удавалось применить свои исторические познания в рок-н-ролльных статьях и обзорах.

К тому же у него было очень острое и отвязное чувство юмора, он умел им пользоваться превосходно, хлесткие иронические интонации постепенно стали одним из весьма узнаваемых признаков основного стиля «Рокси». Старцев любил писать под псевдонимами – Алек Зандер, К. Кич, Саша Скримами.
Самый последний, пятнадцатый, номер Старцев целиком сделал сам, однако его мечте о профессиональном издании «Рокси» так и не суждено было сбыться. В середине девяностых он с печалью заметил: «Пока одно лишь ясно: эпоха «Рокси» ушла безвозвратно».
За годы существования легендарного рок-издания в Ленинграде с ним сотрудничали такие авторы, как Борис Малышев, Михаил Брук, Игорь Леонов, Бенедикт Бурых, Старый Рокер, Александр Житинский и многие рок-публицисты из других городов.

На всех делах и заботах, связанных непосредственно с «Рокси», Саша Старцев концентрировался до предела, в первую очередь.

Все остальное его интересовало уже как бы постольку поскольку, разве что в качестве приложения к «Рокси». Мы нередко ругались с ним во время работы над очередным номером, Саша Старцев не отличался покладистостью нрава и сговорчивостью, и никогда не шел на компромиссы. Сотрудничать было очень непросто. У него был жесткий характер.

Ну и мой нрав тоже весьма далек от ангельского.
Саша Старцев рано умер. Он ушел их жизни в декабре 2006 года.

Презентация его юношеского романа состоялась 4 мая, в его день рождения, в «Камчатке». Ему бы исполнилось в этот день всего пятьдесят лет… Вообще-то, совсем, конечно, немало. Только теперь, когда регулярно проводятся концерты и целые туры, и издаются альбомы, приуроченные к юбилеям, когда все мои друзья, да и я сам тоже, уже перескочили через планку пятидесятилетия, то мне поэтому порой представляется, будто это такой, как бы… средний возраст.

Известию о том, что Старцев тяжело заболел, я сначала не поверил, ведь Саша всегда был очень энергичным, спортивного склада человеком и каждый год, много лет подряд, отправлялся в поход на север, в район Кандалакши, где плавал по рекам и озерам на байдарке. Когда я заходил к нему в конце мая или в начале июня, то почти всегда неизменно заставал его на улице, возле парадной, когда он возился с байдаркой и готовился к очередному походу на север.
Как справедливо было написано в одной историко-исследовательской статье, «”Рокси” оказался в руках у Старцева в неудачный для последнего момент. Аккурат в эти годы случились знаменитые гонения на рок и на самиздат. Старцев попал в эпицентр обеих компаний, благодаря чему был уволен с работы, имел массу неприятных бесед в КГБ и плюс к тому стал причиной служебных неприятностей своих родителей. К удивлению многих, Старцев при этом журнал не бросил и не прикрыл, а продолжал его издавать».
Любимыми группами Саши были «Аквариум» и «Зоопарк», с большой симпатией он относился к «Кино», «Тамбурину», «Санкт-Петербургу». Классическим питерским рок-составам были посвящены его материалы, интервью с музыкантами из этих групп часто появлялись на страницах «Рокси». С многими их них у Саши были теплые и дружеские отношения, некоторые часто – в том числе и Майк, и Цой, и Рекшан, и другие появлялись у него дома, на улице Орджоникидзе. Теплые дружеские выпивания, приятные тусовки в теплом своем кругу. У Саши довольно рано появился видеомагнитофон (видак), что часто превращало его квартиру в камерный видеосалон.

В конце восьмидесятых часто Старцев выезжал в другие города, где рассказывал о ленинградской рок-музыке, о группах, о музыкантах, о реалиях ленинградского рока, показывал видеоматериалы, это было самое настоящее рок-просветительство, особенно ценное в стране, медленно пробуждавшейся после тяжелого многолетнего сна.
Я держу в своих руках книгу Саши «Путешествие на Черную Ухуру», написанную в 1982-м и изданную только в мае 2008 года, и в очередной раз удивляюсь жесткости пасьянса, который так часто раскладывает перед нами жизнь.
Буквально с первых дней нашего знакомства Старцев часто ссылался на cвою «Черную Ухуру». Он показывал мне толстую пачку рукописных листов и я все собирался взять почитать его роман, но… как-то и сам забывал об этом, и Саша уже не помнил, читал ли я его «Black Uhuru» или нет, и жизнь шла дальше, и проходили годы, и все как-то было не до этого, и не до этого…
И так получилось, что впервые я стал читать старцевский роман только в мае 2008 -го…

Нет, не стану лгать, эта проза далека от совершенства, поэтому я не могу не согласиться с Александром Житинским, который справедливо заметил в предисловии, что «…автор этой повести не стал писателем, и сама повесть так и затерялась бы во времени, как не очень уверенная попытка пробиться в литературу, если бы автором её не был Александр Старцев… он был одним из первых настоящих рок-журналистов, знающих, что такое истинный рок, любящим его и стремящимся передать эту любовь другим людям».

Да, Александр Николаевич, все правильно, все именно так и есть.
На презентацию книги «Путешествие на «Черную Ухуру» в «Камчатку» пришли все близкие друзья и хорошие знакомые Саши. Прозвучала акустическая питерская музыка, выступили Владимир Рекшан, Владимир Леви, Михаил Новицкий и Татьяна Голубчик.

Только самого Саши Старцева в «Камчатке» не было…
Теперь, спустя годы, можно сказать, что музыкальный самиздат прошлых лет развивался  параллельно с отечественной рок музыкой. Он был боевым, нонконформистким, радикальным, смелым. Принято считать, что золотые времена для российского рок-н-ролла остались позади, то тоже самое
можно, к сожалению, сказать и про сегодняшнюю рок -журналистику.
Только как бы там ни было, нельзя, невозможно забыть о том, что свой личностный, очень весомый вклад в становление, в развитие, в жизнь отечественной рок-культуры внес Александр Старцев.
Май 2008

Данный текст, написанный Джорджем Гуницким в 2008 году, мы — сайт «Неофициальных новостей Ростова-на-Дону» републикуем с любезного разрешения автора.

 

Зойкина квартира. Ростов-на-Дону

"Ура бум-бум!"

Любопытно — извинит мне Михаил Афанасьевич столь наглое заимствование заголовка? Речь-то о другом… И квартира не Зойкина — потому как Зойка не хозяйка, а кошка… К тому же беременная… Но Зойка-то в разговоре с «таинственным иностранцем» Александром Зандером участвовала? Участвовала. И весьма активно — мяукала, тыкалась в ладони носом и отыскивала себе местечко по-удобней…

Саша Старцев нарисован Анной Астаховой.

Саша Старцев нарисован Анной Астаховой.

— Понимаешь, главное — говорил Алек Зандер /он же Саша Старцев, он же редактор «Рокси»/ — главное, чтобы каждый занимался своим делом. Своим! И занимался настолько хорошо, насколько это вообще возможно. А Ленинград сейчас напоминает 18-й год, а еще больше — 29-й: пошли доносы, расклады, мы — левые, мы — правые… Ну просто не хочется в это вписываться. Потому я «Рокси» пока не выпускаю. Мне кажется лучше помолчать пока…

Галина Пилипенко — Саша, от БГ «Рокси» перешел в твои руки. Мы читали об этом в «Авроре» /напомню для читателей номер — третий за 88 год/. С кем, кроме Гребенщикова, ты работал потом?

— Да, заниматься журналистикой, писать статьи мне жутко понравилось. И были хорошие люди, с которыми мы работали, но потом один женился и жена из него всю сперму вытянула. Что тут скажешь? Обычная сука и все тут.

Другой стал заниматься диссертацией, третий занялся диск-жоккейством. Я это не в осуждение говорю, нет. И как-то вдруг так получилось, что остался один я. Я писал, писал, мне это все больше нравилось, потом появился Джордж Гуницкий.

Понимаешь, я главный редактор в том смысле, что на мне, лежит принцип организации материала, я же пишу колонку редактора. Ну и куча других обязанностей — фотографии, например, достать или обеспечить заработок машинисткам.

Я не помню чтобы кто-то редактировал статьи. Только однажды пришлось сокращать две иногородние статьи — одна была на 12 листов, другая — на 8.

У нас редко принимаются единоличные решения. На мне лежит компоновка материала, обычно такая — интервью — статья, интервью — материал, то есть все свое написали, а Саша думает как это лучше поставить — вот и все редакторские функции.

Суть в том, что каждый имеет право высказываться так, как он хочет, то есть редактура минимальная.

Может быть, на моем месте хотят видеть более удобного человека, более конфортного, что ли… А такие люди есть.

Если ты меня спросишь как я к этому отношусь, то я отвечу… Знаешь, однажды Ринго Старру задали вопрос: «Ринго, как вы относитесь к группе АББА?»

Ринго твердо ответил: «Никак».

Я — так же — никак.

Галина Пилипенко — Одни упрекают «Рокси» в академизме, другие… другие любят и ждут очередных номеров.

А ты… ты не «ввязываешься в драчку».

Так когда же читатели увидят «Рокси» № 15?

— Думаю, к 90-му году я выпущу следующий номер, если ничего не помешает. А упреки… Меня, например, то есть «Рокси» регулярно поливают грязью в «Урлайте».

И на здоровье и очень хорошо. Поливайте. Пусть люди читают и разбираются сами. Я ввязываться не хочу: не желаю в полемике повторять 20-ые годы: ты — правый уклонист, я — левый уклонист. Рок-партии, которою возглавляет Илья Смирнов, кажется, что они обладают монополией ни истину. И рада бога. Давайте каждый заниматься своим делом. Пусть будет все как будет.

Здесь, в Ростове я вижу то же самое — эти хорошие, эти плохие, эти крайне левые, а мы — мы оппозиция.

А «Урлайт», кстати, очень хороший журнал. Я читал последний номер и мне там понравилось интервью, несколько статей. Интервью с Бурлакой, например, хотя тут и вступают в силу личностные отношения. Но между нами нет жесткой конфронтации, и, живя в одном городе, мы прекрасно понимаем, что делаем общее дело.

Да, Ленинград некогда представлял бурю в стакане воды, но чем дальше, тем больше — Цимлянское водохранилище. И журнал я не выпускаю сознательно — увязнуть не хочу.

Галина Пилипенко — Кого бы ты отметил как журналистов?

— Мне откровенно интересно читать Липницкого, хотя у него в последнее время к Ленинграду какое-то злобное отношение. Меня это немножко задело.

Точно так же мне интересно читать Илью Смирнова. Я считаю — это блестящий журналист, хотя он более политик, чем рокер. Впрочем, в этом ничего плохого нет. В последнем номере он проделал блестящий анализ нашего режима.

Вообще же, непрерывная потребность искать врагов среди своих мне чужда. Если кому-то это не чуждо пусть они этим и занимаются.

Галина Пилипенко — «Урлайт» писал, что оргкомитет мемориала памяти Саши Башлачева предложил ЗВУКАМ МУ выступать без басиста /Саша делает движение означающее «как вы меня достали!»- прим Галины Пилипенко /.

А я позволю себе напомнить читателям, что Липницкому было отказано в выступлении по причине появления в «Рокси» «грязной сплетни» о Башлачеве.

 Саша, мне не удалось прочитать этот номер «Рокси», в чем там дело?

— Да дела-то, собственно, нет. В статье Липницкого была мысль о том, что все мы не прочь… И Саша Башлачев тоже не был трезвенником. Вот и все. И из-за чего такой сыр-бор, мне абсолютно непонятно. Может быть, мы теперь возьмёмся утверждать, что, и Высоцкий не пил?

Галина Пилипенко — Что ты думаешь о создании единого рок-журнала?

— Я категорически против централизации.

Галина Пилипенко — Что ты думаешь о другом единении — рок-федерации?

— Вот сейчас она как бы создана. Хорошее дело, что и говорить. И что? Что нибудь изменилось?

Галина Пилипенко — Твое определение рок-журналистики?

— Это тяжелый, собачий труд — журналистика. Последнее, что я делал — интервью с Андреем Макаревичем. /Видеозапись его вы могли видеть на лекциях Саши Старцева в Ростове — прим. Галина Пилипенко /.

С 76 года я ходил на концерты Макаревича, но лично знаком не был. Познакомились в Свердловске, решили делать интервью, работали с ним два дня. Ну за два дня-то можно человека разговорить.

В общем, черновик интервью получился в 32 листа, а после сокращения всяких там «а-а», «э-э» и прочих глупостей — 12 листов. Это нормальное, в общем-то интервью.

Сначала, конечно, идет приглядка: а, ты, вроде, журналист, независимый, а, ты, вроде, Макаревич… А ты, вроде с Борькой знаком? А с какого года?… А с 78-го. А-а. А как тебе такой-то концерт? А вот так. А-а. Уже понятно.

Девушкам в журналистике проще — они или сразу друг понимают, или не понимают вовсе.

У Цоя брать интервью — дикий труд, хотя мы и знакомы с 82 года, и он знает, что от меня никакого говна ждать нельзя.

Мне сравнительно просто говорить с панками. Ты же знаешь, что у Свиньи папа в Швейцарии, а у Рикошета — главный режиссер театра. Гены такие, что если ты подвалишь и начнешь: «А че, ребята, попанкуем?» тебе просто набьют морду. А если с ними разговаривать нормально, то можно говорить о чем угодно; то можно говорить о Бердяеве, о СЕКС ПИСТОЛЗ, да о чем угодно — они все читают, все знают.

Должно быть доверие, это, наверное, для интервью главное. Тогда не подразумевается, что вот сейчас говорим, а потом принесешь мне на подпись. Хотя, конечно, лучше предварительно показать — просто, чтоб без накладок. И во многом интервью — результат личных отношений. Удачное, конечно, интервью.

Вот с Шевчуком у меня нет личных отношений, и если надо будет делать интервью, то я лучше об этом скажу Игорю Леонову или Джорджу. Доверительность — в первую очередь.

   Галина Пилипенко — Начинающих, в первую очередь, интересуют гонения…

— Прямых угроз не было, но вот подозрительно долго я не мог устроиться на работу — одни проколы. Нет, мне не говорили — погодите, мол, Черненко умрет — все будет нормально.

А вызвав, говорили, так: «Александр Витальевич! Ну зачем вам это надо? Вы же образованный человек!»!

Я отвечал: «Так интересно же! Мы же не про политику, а про рок-музыку пишем!»

Галина Пилипенко — А что тебе, как редактору «Рокси», «вменялось»?

— Ставили в вину три вещи: пропаганда панк-рока. Это началось с разгромной статьи про ДК, которую я написал. Такое говно, такое говно! А само упоминание ДК для них — крамола.

Я говорил: да вы же почитайте, мы, же их не пропагандируем! Да, мне не нравится эта группа. Ну и что?!

Второе — пропаганда религии. Вот де Гребенщиков у вас, и христианин и дзэн-будист!

Третье: всякие, нехорошие слова типа «жопа»; «срань»; «срач», других безобразий мы избегали ставя три точки после «х».

Удивительные люди! Да занимаемся мы роком — да на здоровье же! У вас же ДС на голове,»Память», Латвия, Эстония. Так нет же!..

 Галина Пилипенко— Как ты оцениваешь другие журналы, кроме «Урлайта»? Например, «Зомби», «РИО», «Ауди-Холи»?

— «Урлайт», кроме всего остального, очень красиво оформлен.

«РИО» — блестящий справочный материал. Если мне когда-то надо будет отыскать какую-то дату, какого-то концерта, я пойду и возьму ее у «РИО».

«Зомби» мне приходилось реже читать, чем «Урлайт». В «Зомби» много видеоинформации очень классно, с оттяжкой сделанной. Но… Но там пишут какие-то вещи… Вещи, направленные, сделанные для своей внутренней аудитории, своей тусовки. Это заморочки и намеки, понятные только своему кругу людей.

У меня сложилось впечатление, что второй ростовский журнал — «Рок-око» чем-то напоминает «Зомби».

Приходилось еще видеть буклет «Зомби», просто роскошно изданный, блеск! А по содержанию… По содержанию я ничего не запомнил.

«Ауди Холи» делают профессионалы и это чувствуется. Содержание наполовину скучно и к тому же половина журнала посвящается группе ХОЛИ, которая вообще из себя ничего не представляет.

 Галина Пилипенко — Саша, ты — автор «Музыкального эпистолярия» Авроры. И, даст бог, когда-нибудь появится и музыкальное приложение. Отпадет ли надобность в машинописных журналах?

— Вот вышел альбом Юры Наумова. В «Рокси» рецензия появляется через два месяца, в «Авроре» — через шесть.

«Рокси» читают тысячи, «Аврору» десятки тысяч.

Нет, я думаю, все это будет существовать наравне. И один всесоюзный журнал, будь это приложение к «Авроре» или еще что — не заменит рок-клубовских журналов.

 Галина Пилипенко— Как обстоит коммерческая сторона «Рокси»?

— Никак. Дохода с «Рокси» — на один раз напиться и все. Раньше было здорово — машинистки печатали за контрамарку в рок-клуб.

А теперь — шеститысячные залы — АЛИСА, ДДТ! Да машинистка пойдет и купит себе билет и не будет корпеть над перепечаткой сто страничного «Рокси»!

Давай исходить из ситуации нищенства — ты выпускаешь журнал. Я выпускаю журнал, он выступает на сцене, Наталья переводит статьи. И никто из нас не получает за это ни копейки! А если ты заработал копейку — сразу крики — стыдно, неприлично, омерзительно! А если не одну копейку, а четыре? Фу, гадость, да? Отчего?

Да оттого что исходят из философии нищенства.

А я считаю, что за свой труд человек должен получать деньги. И если ты мне возразишь, значит я крупно не прав.

Вот так мы и поговорили. А за это время, кошка Зойка, оказывается, тихо-мирно родила. Забилась в пододеяльник и произвела шестерых, кажется. В общем, ответила делом на призыв Алек Зандера заниматься каждому своим делом.

Один котенок Зойки под названием Алек Зандер отправился в Ленинград, на житье к Саше Старцеву.

Галина Пилипенко  записала это интервью в мае  1989 г. И опубликовала в «Ура бум-бум!»  №5

О ростовской группе 12 ВОЛЬТ

Архивные новости (господи, чего написала то?), ну да, пусть новости — Ростову. Сегодня нашла файл с текстом, который, видимо в журнале «Ура ! Бум Бум» опубликовала. Или в еще в «ПНЧУ»?

Ростовский журнал УРА БУМ БУМ

Деятели рок-н-ролла о ростовской группе 12 ВОЛЬТ (выступление на фестивале журнала «Аврора» в Ленинграде.
ЕВГЕНИЙ КОЛБЫШЕВ, ПРЕЗИДЕНТ «РОК-ПЕРИФЕРИИ» (БАРНАУЛ): «Прежде всего, я плохо переношу фестивали: много всего, не спишь, пьёшь и так далее… И оценивать что-то очень трудно, я могу делать это только на уровне «нравится-не нравится».
Я смотрел РЕЗИНОВОГО ДЕДУШКУ — ТАКАЯ МУЗЫКА, в принципе МНЕ НЕ НРАВИТСЯ, но выступление группы понравилось.
С группой 12 ВОЛЬТ — наоборот — подобная музыка мне нравится, а вот выступление 12 ВОЛЬТ…
Выступление показалось мне сыроватым… Как ни странно, 12 ВОЛЬТ напомнили мне МИССИЮ АНТИЦИКЛОН. Почему — затрудняюсь сказать, но когда вокалист 12 ВОЛЬ запел — в воспалённом моём мозгу прямо вспыхнуло: Вяткин Гена.
К концу выступления это чувство прошло, но ощущение того, что магаданская фишка есть — осталось.
Наверное, если послушать запись 12ВОЛЬТ, то к какому-то более определённому выводу, прийти можно. А сейчас говорить наверняка…
Нет, я боюсь ошибиться, поэтому так неконкретно».

490px-1989_Startsev_A_VСаша Старцев, 1989 г. Рис. — Анна Астахова. Взято из wikipedia.org
АЛЕКСАНДР СТАРЦЕВ ГЛАВНЫЙ В ЖУРНАЛЕ «РОКСИ»: «Во-первых, выступление — лажа.
Поведение группы 12 вольт на сцене такое, будто в зале никого нет, будто это репетиция.
Так вести себя в Ленинграде нельзя.
Не знаю, может быть, в Ростове можно?
Но, во всяком случае, Алексей Золотухин (ТЕАТР МЕНЕСТРЕЛЕЙ),тоже ростовчанин, так себя не ведёт — он работает на публику.
А публика деньги платит, и, извини, должна получать своё удовольствие.
Во-вторых, отвратительно сработал оператор, который засадил голос и наложил виолончель на баян. Что тут говорить? Неудачное выступление. Такого представить нельзя, чтобы ленинградский зал сидел шесть вещей подряд и ни единым хлопком не прервал выступление? Это всё. Это значит: 12 ВОЛЬТ могут сюда больше не приезжать.
Я не слышал альбом 12 ВОЛЬТ, но, судя по выступлению, группа 12 вольт носит такой же студийный характер, как и группа 1812 ГОД, например, с которыми они выступали в один день. Они тоже пилят, но пилят классно — у них всё в порядке — ритм-секция работает.
Но такую музыку все же лучше слушать сидя дома.
Со сцены лучше слушать Юру Шевчука, группу АЛИСУ, ростовский ТЕАТР МЕНЕСТРЕЛЕЙ, со сцены лучше качать такую нервуху, как у ростовской же команды ТАМ!НЕТ НИЧЕГО».
ГАЛИНА ПИЛИПЕНКО побывала в северной столице и написала для журнала «Ура Бум Бум» (наверное все-таки). Год не помню (как это за мной водится).

Старые фото ростовчан

Ростову — новости про старости. Фото сделал Алексей Чугуй, а обнародовал в соцсети «ВКонтакте» Анатолий Боровик из Симферополя. Снимки относятся в периоду существования рок-клубов в нашей Раше.

На одной обнаружила себя в Симферополе на рок-фестивале, ростовского рок-музыканта Валерия Посиделова, на другой — друга Мишу Марочкина. Да, впрочем, сами посмотрите.

Старые фото ростовчан сделал Алексей Чугуй из Симферополя. 1989 год

 Пресс-конференция феста 1989года. Справа — налево — президент харьковского рок-клуба Андрей Шумилин, прикорнул — лидер  группы ДЕНЬ И ВЕЧЕР — ростовчанин Валерий Посиделов , затем я чегой-то пишу — Галина Пилипенко.

Во втором ряду — слева — направо — Ира и Дима Гнедышевы — симферопольская группа ГОГЕН.

 

Фото из Симферополя. 1989 год фото сделал Алексей Чугуй Крайний слева — Игорь Негуч — ударник симферопольских групп — РОВД, ОСТРОВ КРЫМ, СЛЭНГ,  ВОЗДУХОПЛАВТЕЛИ.

Ростовчанин Миша Марочкин. Человек многих достоинств. В том числе самиздатовский журнал «Ура Бум Бум» помогал печатать. И был директором ростовской команды ДЕНЬ И ВЕЧЕР. Группа как раз и участвовала в том фесте. Увы, сейчас уже — царствие небесное Мише.

Питерский журналист — Александр Старцев  — редактор самиздатовского РОКСИ, в восьмидесятых наряду с Андреем Бурлакой в Ленинграде был основным рупором независимой музыкальной прессы…

И сам Анатолий Боровик.

Фото сделал Алексей Чугуй в Симферополе в 1989 году.

Галина Пилипенко благодарит Анатолия за хранение снимков в течение аж 23 лет!