Архив метки: Валерий Посиделов

Влад Лебедев о ростовской «Трубе» и не только

Юра Везденёв - администратор, Кира Серебренников - режиссёр, Галина Пилипенко - автор. Фото: Таня КорнелиоВ ВК Влад Лебедев из Красноярска отлично и очень так нежно написал. Цитата щас будет, утянула на память  чудесный комментарий!
Спасибо душевное, Влад!!!
«Дамы и господа! Дорогие друзья, понятно, что все проиграли, но я хочу напомнить то время, когда было ещё всё хорошо. И оставить Вас наедине с пилотным выпуском примечательного аналога эрнстовского тележурнала «Матадор».

Я говорю про забойную, улётно- амфетаминовую программу о культуре «Труба». Потратьте время, посмотрите, пожалуйста, будет круто!

А вообще, там Кирилл Семёнович такой расчудесный, давайте посмотрим на него ещё очень весёлого, озорного, потому что каким он будет после всего, никто не знает.
Хочу отметить ещё тех, кто делал историю тогда, чтобы мы сейчас это видели и помнили, что было свободное время.
Галина Пилипенко — теледивическая красотка и умница, там всё время с Кириллом и вообще это одна из лучших телепар отечественного ТВ.
Валерий Посиделов — там такой сексуальный, девочкам понравится».

Влад написал об об этой «Трубе».

А больше «Труб» на этом заводе. Видео туда заливает Дмитрий Посиделов. https://www.youtube.com

Валерий Посиделов. «Вудсток»-на-Дону

1969_05_09 Вудсток-на-Дону - выступление группы НЕУДАЧНИКИ

Вудсток-на-Дону — выступление группы НЕУДАЧНИКИ. 9 мая 1969 год. 

У каждого молодёжного движения есть свои корни, тем более, когда это модное, музыкальное направление. Джон Леннон однажды, будучи навеселе, поведал журналистам байку, согласно которой весь этот рок-н-ролл разработали и систематизировали цээрушники для того, чтобы активную часть человечества — молодёжь — посадить на наркоту, разврат и прочие забавы, лишь бы отвлечь их от политики и революции.

Джон был весёлым брехуном, а именно такие люди очень часто выдают военные тайны.

Как бы там ни было, но эта «зараза» охватила весь мир. Даже наша уникальная Страна Советов не смогла оградить себя от музыкальной интервенции ни радиоглушилками, ни мощной партийной идеологией.

В этом году исполняется 35 лет с того момента, когда в Ростове, на левом берегу, случился первый рок-фестиваль.

С очевидцем и соучастником этого «безобразия», ныне почтенным господином, экономистом и бизнесменом ИГОРЕМ СКРЯГИНЫМ мы пустились по волнам нашей памяти.

Я не просто вспомнил, но уже кое-кому из друзей позвонил. Есть идея собраться и тряхнуть стариной, сделать такую акцию в одном из концертных залов или в клубе.

Расскажи, как всё это произошло. Я-то в 1969 году ходил в третий класс и слово «рок» для меня означало злую судьбинушку, в которую я позже и вляпался.

С 9 по 10 мая 1969 года, на базе отдыха треста «Горгаз»1 мы с товарищами устроили рок-фестиваль. Естественно, это было навеяно Вудстоком, который произошёл за год до нашего события2.

Вудсток-на-Дону-69 - группа УТРЕННЯЯ РОСА — с Саша Пиротехник, Женя (Джон) Хохлов, Vladimir Sher, Бен Абдель-Крим и Евгений Катенев.

Вудсток-на-Дону-69 — группа УТРЕННЯЯ РОСА — Саша Пиротехник, Женя (Джон) Хохлов, Vladimir Sher, Бен Абдель-Крим и Евгений Катенев.

Там всё происходило широкомасштабно, на несколько дней со всего мира съехалось несколько миллионов людей.

А у нас без всякого шоу-бизнеса, но тоже за два дня — несколько тысяч зрителей. Мы, организаторы фестиваля, боялись, что приедет милиция и разгонит всех. Естественно, никакого официального разрешения у нас не было. Собрали лучшую аппаратуру, какую только по тем временам можно было достать.

Было всего четыре группы. Первыми выступала группа «Малыш и братья». Её лидер — Саша Путилин.

Александр Николаевич Путилин ныне хорошо известен в музыкальных кругах как гитарист, компьютерщик, создатель музыкальных обучающих программ.

Я не всё слышал, хотя и был участником, но кажется, у него была инструментальная музыка.

По тем временам это было очень неплохо, но у них всё время ломалась аппаратура, что-то глючило. Путилин хотел играть только на своих приборах.

Путилин же был великим звукоизобретателем. Он делал потрясающие звуковые эффекты. Я помню, за бешеные деньги купил первую свою примочку. Не у самого Путилина, а у какого-то парня. Это был «драйв» и «лэсли» в одной педали.

Вскоре она сломалась, впрочем, не до конца, а даже очень в интересном направлении. Во время «соляка» путилинский прибор мог вдруг выдать самопроизвольную пулемётную очередь. Как жаль, что я не смог сохранить этот раритет!

Вторая группа, в которой играл я, называлась «Корда», (от латинского — струна). Мы были ансамблем из РИНХа. В те времена во всех вузах были свои звёзды рок-н-ролла.

Третья команда — «Неудачники». Там играли очень крепкие гитаристы — Игорь Пеньковский и Саша Квач. Пел Миша Завалишин. Он учился в Грековке, так потом и стал художником.

И самым гвоздём фестиваля была группа «Утренняя роса». Они играли очень чисто, профессионально. По тем временам это являлось редкостью. У нас были лажи и киксы, а у них всё безупречно отрепетировано.

Все играли чужую англо-американскую музыку, а они только на русском, и, очевидно, это были песни собственного сочинения. Во всяком случае я их по радио не слышал. У них был групповой вокал, а у всех остальных пел кто-то один. В «Утренней росе» пели три человека: Щербак, Котенёв и Саша Агеев.

Саша играл ещё и на гитаре. Учился он на физфаке или мехмате в университете. Там он стал аспирантом, потом кандидатом, сейчас уже наверняка профессор.

Соло-гитаристом был французский подданный Бель Мухаммед по кличке, естественно, Беня. Беня по национальности бербер, по цвету кожи — темнее араба. Его родители жили в пригороде Парижа.

Все группы играли гитарную музыку. Только у нас был клавишник, но мы приехали на всё готовое, а органа не оказалось. На нём у нас была вся музыка построена, но не отказываться же из-за этого от выступления. Пришлось просить подыграть гитаристов из других групп. Согласился Бель Мухаммед. А тут ещё нас прокинул наш барабанщик Лёня Липянский — в ту пору красавец-мужчинка с внешностью Марчелло Мастрояни. Он наотрез отказался играть, услышав выступление «Утренней росы».

Не буду, и вам не советую, — упёрся Лёня.

Пришлось ещё и ударника искать. Детский сад!

«Утренняя роса» играла часами. У них был огромный репертуар. Потом пошли «Неудачники», и следом мы «отметились». Я пел битловскую песню, о чём, конечно, жутко сожалею (смеётся). «Чигис ми эври синг». Знаешь, песня «Энди, ай лав ю»?

До этого фестиваля ничего подобного ещё не случалось.

Был, правда, в ту пору продвинутый персонаж — Маруся Тряпошник, частный закройщик, жуткий поклонник битлов и ролингов и известнейший тусовщик по Броду. Он по сути стал первым продюсером. Собрал каких-то ребят на базе ДКС. Они играли в 1962 году, но это не точно, скорее, это городская легенда. Я их даже не слышал. Попасть было невозможно, милиция не пускала.

После этого «Вудстока»-на-Дону пошли знаменитые фестивали в ДК «Сельмаш». Толпы людей не вмещались в зал. Конная милиция патрулировала окрестности парка. Это 71-й, 72-й, 73-й годы. Уже комсомол прикладывал руку к организации.

Играли очень известные группы: «Дилижанс», «Россияне», но среди всех бриллиантом сверкала группа «Кристалл». В ней играл Виктор Барилов на гитаре, Сергей Егоров — на клавишных. Фамилию певца не помню, но это был великолепный тенор. Он пел эстрадную классику тех времён. «Улетай на крыльях ветра. В край чудесный, край далёкий». И Барилов с мощным сольным запилом. Они были виртуозами. Так играть просто никому не снилось.

Сегодня Виктор Барилов — профессор консерватории и практикующий музыкант. Сергей Егоров, кажется, тоже профессор консерватории. Вместе с Путилиным они делают музыку.

Мне уже 54 года, а многие были постарше.

Часто вижу ударника Казаряна.

Аркаша Заика умер от водки. Пил сильно. Потом закодировался, долго держался, но сорвался и сгорел в одночасье.

Часто встречаю Серёжу Лютого — он тогда играл в «Неудачниках».

Пеньковского встретил, он меня не узнал.

Интересно, где сейчас Малёк (Лёша Махонько — легендарный барабанщик семидесятых)?

Кстати, кажется, это он тогда заменил нашего сломавшегося Лёню, только кличка у него была Пирожок. Он играл в «Утренней росе». Наш клавишник Валера Бенгус окончил консерваторию, потом играл по кабакам.

У нас был басист, а потом и ударник вместо Лёни Липянского — Серёжа Ткаченко. Сейчас это главный бухгалтер фирмы «Регата». Лепянский живёт в США уже много лет. Начинал рабочим, клал паркет. Теперь он уже хозяин своей фирмы.

Был ещё Юра Ботников — очень хороший певец. Теперь живёт в Германии.

Кстати, он сейчас приехал в Ростов погостить.

Бель Мухаммед уехал в Париж, долго не мог найти работу, теперь работает в компьютерной фирме электронщиком.

После учёбы в Совке ему пришлось подтверждать свой диплом и доучиваться ещё три года.

Щербак живёт в Америке уже 20 лет.

Котенёв — в Сочи, у него своеобразный бизнес. Он борется с грызунами и тараканами.

Женя Хохлов — басист «Утренней росы» — профессор медицины. Пирожок3 — увы, не помню фамилию, говорят, тоже крупный медик.

Тогда это точно не Малёк, тот, скорее, по другую сторону медицинских специальностей.

Тогда мы все регулярно играли на танцах, в столовой РИНХа, где теперь кафе «Академия».

Поскольку РИНХ был практически женским институтом, то приглашали на вечера «гусаров» из РАУ.

Когда-то нынешняя Большая Садовая называлась продвинутой молодёжью Бродом.

Брод — дитя любовной игры слов. Заморского — сухопутный путь и нашего — бродить.

Вот из Брода и вышли эти люди, впоследствии учёные, бизнесмены и музыканты. Многие живы и здоровы. Хотелось бы их собрать вместе. Я хочу обратить внимание на то, что ничто на пустом месте не произрастает. Нынешние музыканты должны об этом помнить.

Валерий Посиделов.

Фото Игоря Скрягина.

Газета «Ростов Официальный», 21.01.2004, № 3 (477).

ВУДСТОК-НА-ДОНУ: ПРИМЕЧАНИЯ

1 — по информации Александра Агеева, гитариста и вокалиста группы «Утренняя Роса» и одного из активных организаторов фестиваля, «Вудсток-на-Дону» проходил на базе отдыха проектного института «РостовСельхозСтрой» (Левбердон, в районе 29-й линии, по диагонали от популярного ресторана «Казачий Курень»).

Отец басиста «Утренней Росы» был секретарём парткома в «РостовСельхозСтрой», и, благодаря этому обстоятельству, на институтской базе удалось провести фестиваль.

2 — Знаменитый американский рок-фестиваль WOODSTOCK состоялся, на самом деле, несколькими месяцами позже, с 15 по 18 августа того же 1969 года.

И, соответственно, название «Вудсток-на-Дону» было придумано ростовчанами позднее.

В 1969 году ростовские битники называли свой фестиваль на Левбердоне — ПОП-СЕЙШН.

По всей видимости, Игорь Скрягин имел в виду другой американский рок-фестиваль, Miami Pop Festival (май 1968 года), на котором хедлайнером был Джими Хендрикс, выступивший затем и на фестивале WOODSTOCK в 1969 году.

3 — Владимир «Пирожок» Васильев, барабанщик группы «Утренняя Роса». После окончания Ростовского мединститута в 1977 году— врач-педиатр, Заслуженный врач РФ.

Публикацию подготовил С. Ильич

Статья Валерия Посиделова «Вудсток-на-Дону». 2004 год, газета "Ростов Официальный".

Александр Агеев. Утренняя роса

«…ну вот она, голова кудрявая (не в смысле — я-в-неё-ем-голова, а в смысле — я-с-ей-лабаю!) Виталика Беломестного, которого будем провожать скоро в армию: «Санечка, там — это, родинка… Аккуратней стриги! Покороче, для военкомата…».

Да, знаю, пацан, твою родинку — уж сколько я тебе «битловок слабал», а ты — мне…. Только, вот глаз мне, что-ли — припорошило, слезится… Или почудилось? Мамку ты свою похоронил, дружбан, лет в 10, а Георг Лукич — пахан твой, конечно — мужик золотой! Но мама, всё равно — одна она. И другой не будет, какая бы не распрекрасная потом к вам ни пришла, но — мачеха. Белка, гитарист наш, «виртуозо-эксклюзио», дружбан исключительный…»

«…а ведь и двух месяцев не прошло, как мы Женьке Хохлову — басисту из «Голубых Звёзд» — бас новый делали. По всем канонам: гриф с ладами, разметку как (?) — вычитали, накладка из шпона красного дерева — виват, мебельная фабрика Урицкого(!), корпус — доска 50-ка, датчики мотали на магнитах с воензавода, крышки выдавливали пуансоном по разогретому над электроплиткой плексигласу, старались.

Но чуть не сорвалось всё — нам завтра выступать в ДК «Химик» — база на то время наша, а красить-полировать — некогда. В сарае Виталика порылись, нашли летный комбинезон американский на меховой подкладе — Лукич с фронту привёз (с того самого, где рука его левая осталась…). И как осенило нас, бас мехом обтянуть!

Так и обтянули, подкладу спороли, выкроили, прострочили на «Зингере», что у Виталика в сарае стоял — чудный бас получился! И молва народная — не год и не два судачили, дескать меховой оклад «по низам» невъ…ную глубину звучания басу этому… придаёт!…».

Голубые Звезды. — с Виталик (Белка) Беломестный, Алик (Арутюнян) Калпахчиян, Славик Мурманский и Женя (Джон) Хохлов. Фото из архива Александра Агеева

Голубые Звезды —  Виталик (Белка) Беломестный, Алик (Арутюнян) Калпахчиян, Славик Мурманский и Женя (Джон) Хохлов.

Фото из архива Александра Агеева

«…как уже сказано, «Химик» — площадка наша конца 60-х, Лукич Беломестный — худрук местного «бэнда», левую-то руку на войне потерял, но правая, как и голова его очень музыкальная — с абсолютным слухом — работала, дай Бог каждому!

До сих пор помню, как он партитуры писал. Одной рукой, прижимая нотный лист к столу куском серого мрамора. И на трубе лабал — ею же, да ещё и как! Оттуда, из тех времен походу и начиналась славная история ростовского джаза.

«Бэндов» этих тогда в городе было великое множество, практически, в каждом клубе — Х.(хромого) Блока, М.(малого)Блока, Олега Ефремова, Рафа Туишева и конечно, уже восходящего к своей будущей славе Кима Назаретова.

А сколько энтузиазму?! То была не наша (битников) музыка, но благодаря Лукичу и его степенным дядькам-духовикам, уже снискавшая у нас великое уважение!

Больше скажу, заболел как-то контрабасист ДК-шный, а «Лукич-Бэнду» к празднику в клубе выступать надо — Виталик у отца, законно — на соло-гитаре, наш Петька-Акробат — за ударными, а мне было предложено на контрабасе: «Лукич, так это…, я не того…, не знаю ваших композиций и не играл на нём, никогда?!».

«Ты, главное в такт попадай и слушай, старайся… Это ж контрабас — дёргай себе за струны, а мы его ударными и «медью» забьём! И артистизму, главное побольше, публика — она отвязных любит…» — невозмутимо ответил Лукич.

Ну я и «отвязался»: отплясывая чарльстон, пригнувшись к грифу, время от времени вращая контрабас вокруг собственной оси, как это делала «Дафна» в прикольной комедии «В джазе только девушки». Так вот лихо и отлабали, Ильич «проставился» всем, в подсобке, директор Химкомбината заходил, руки жал, нам пацанам тоже…»

«…Виталик ушёл служить в армию, а я вскоре поступил в РИСХМ на сугубо мужской факультет «Горячая обработка металлов».

«Голубые Звёзды» — осиротели… Женьку Хохлова и Вову Васильева-Пирожка (в дальнейшем заслуженных врачей России) на экзаменах в мединститут сначала почему-то срезали на физике (ну, не физики пацаны, в медики подались, сразу же было понятно!). И в скорби своей душевной пошли они в телогрейках казённых в виварий кормить собак подопытных кашей, которая от мединститутских больных остаётся. Пора печальная… Безвременье… »

«…но жизнь удалая «битловская» в Ростове тем временем продолжалась и ширилась. Несмотря ни на что!

В РИСХМ’е в те благославенные времена царила великая ростовская группа конца 60-х «Голубые Тени» (The Blue Shadows).

Нет, ну вы чувствуете, как донимала уже тогда всех эта «голубая» тематика? (Шутка!).

«Тени»: Юра Виноградов -Теня (гитара-соло, вокал), Саша Гордеев (гитара), Юра Бобырев (бас) и Саша-Пиротехник (звук) — великолепно экипированные, дерзкие, с виду даже суровые (особенно клавишник и соло-вокал Ченя), твёрдо стоящие на ногах, играли на прекрасной по тем временам аппаратуре, с чудесным звуком и фирменным англоязычным репертуаром.

Славянское трио - Лёня Липянский, Саша Алафердов, Алик Ильин... — с Леонид Липянский, Саша (Сэм) Алафердов и Алик Ильин.

Славянское трио — Леонид Липянский, Саша Алафердов, Алик Ильин.

«…во Дворце Строителей — тоже крепкая, артистичная, истинно западная группа «Славяне», которую спонсировал завидный меценат и неформальный лидер ростовских битломанов — Вова Кент.

Знакомства с Кентом искали все, сам Владимир Мельников, друг нашей юности, а ныне владелец-основатель «Глория-Джинс», в те времена хаживал с ним вместе с лавочек в парке Горького через дорогу в гастроном «Козлята» за портвейном…

"

СЛАВЯНЕ —  Александр Путилин, Бен Абдель-Крим, Володя Калинко, Саша (Сэм) Алафердов и Алик Ильин.

В «Славянах» нашли своё «место под солнцем» и романтично-изысканный Алик Ильин, и уже известный нам по предыдущему посту Саша Сэм, и французско-подданный, студент физфака РГУ, нигериец Бен Мухаммед Абдель-Крим, и впервые засветившийся в городе загадочный гитарист с пос.Чкаловского — Саша Путилин. Сын военного лётчика, по виду слегка застенчивый (причиной тому, возможно, было лёгкое заикание, которое, впрочем, ничуть не проявляло себя во время пения) с загадочной улыбкой Путилин в любой ситуации мог сразу, как говорится, взять «быка-за-рога»! Ну, в крови у него — золотого медалиста школы № 84 — это было…».

«…дубовые двери Дворца Культуры Строителей толпа фанатов-битломанов ломала один раз.

И этот раз, наступил тогда, когда в нём было ангажировано выступление «Славян». На великолепных по тем временам гэ-дэ-эровских «Музимах», которые Кент только-только привёз из белокаменной Москвы, они должны были играть концерт в большом зрительном зале в программе проводимого в ДКС вечера первокурсника РГУ.

Сказать, что билеты, распределяемые профкомом и комитетом ВЛКСМ достались далеко не всем желающим, значит не сказать ничего! Толпы вдохновленных студентов, да и просто «необилеченной» праздной молодёжи, всегда в избытке фланировавшей рядом по «Броду» (так назывался участок Б.Садовой от Ворошиловского до Будёновского), буквально оккупировали все подступы…»

«…два-три молоденьких милиционера, зажатые битниками, хипарями, да и вовсе подозрительными лицами, сорванными голосами, пытаясь переорать толпу, предпринимали отчаянные попытки сдерживания. Комсомолки, стоявшие на входе билетёршами, дрогнули первыми, отступив внутрь. Отжатая двухстворчатая входная дверь с треском распахнулась и с возгласами ликования поток хлынул в здание, заполнив холл, лестницы, зал….»

«…народ ждал, смеялся, пел, приплясывал — концерт не начинался. Полчаса, час…

«Требую, посторонним покинуть помещение!» — время от времени тонко выкрикивала начальственного вида тётенька. Куда там!

По рукам пошли невесть откуда взявшиеся бутылки с выпивкой: гулять-так-гулять!! В этот момент погас свет. Везде. Во всём помещении…

«У-у-у…» — загудело кругом. Концерт так и не состоялся… Мы с дружбанами, задолго до начала предусмотрительно «забившие» места в полуподвале, в местном буфете — выходили из опустевшего здания последними. Навеселе, но степенно… Буйных к тому времени уже увезли милицейские «синицы»…».

«…кстати, часом раньше, где-то рядом, там в толпе, охваченная страхом и одним желанием — выбраться наружу, стояла приехавшая на учебу из Армавира первокурсница Вера — моя будущая жена, с которой мы познакомимся, поженимся и родим замечательных дочку и сына только через долгих семь лет (а может оно и к лучшему: узнай красавица Вера — отличница, комсомолка, комсорг школы — меня тогдашнего, ничего подобного могло бы и не случиться. Судьба-а-а, значит…)».

Саша и Вера Агеевы-68

Саша и Вера Агеевы-68

«…для кого-то и гулянка вещь захватывающая, но не для истинных битников. Светлая память о «почивших в бозе» славных «Голубых Звёздах», как пепел Клааса стучала в моё сердце.

Вы помните, знакомство уже свело нас с неповторимым исполнителем «Битлов» Женькой Катенёвым?

Так вот: он с малоизвестным мне тогда Игорем Пиней (Гольденбергом), Вовой Щербаковым, Сашей Шизей (Смирновым), и Женей Сучковым репетировали в коллективе, переживающем пору творческого становления, который (видимо по-аналогии с английским рок-поп-составом «Dave Dee, Dozy, Beaky, Mick & Tich») имел рабочее название «Пиня, Шизя, Суча, Щерба, та Катях»…

Как можно догадаться из названия, эти смелые и, не в пример другим, находчивые пацаны, походу, искали форму и новые идеи для воплощения на «шершавых ростовских рок-подмостках». Так я и подумал. Сразу! Как-то они мне сра-а-а-зу-у все сильно понравились…»

«…репетировать вместе начали вскорости. Как студент РИСХМ’а, щедро «проставившись» спиртным, я договорился зав.клубом, что мы будем репетировать в цоколе вузовского актового зала.

Там же, в крохотной кладовке хранили наш музыкальный скарб — Пинин усилитель УМ-50, и 2-3 самодельных — виват мастеру, Валере Белозёрову (!) — моноблока. УМ-50 — ясен-пень — голосовой, моноблоки — гитарные, барабаны — клубовские (ну не было у нас таких несметных денег!).

Игорёк — гитарист прекрасный, музыкант-от-Бога, тонкая творческая натура был подвержен, как он сам говорил, спонтанным «корчам», в период которых — посылал «всех-нах», маскировался, на связь не выходил, передавая через знакомых, как мы его «все-зае»…»

«…но что делать? Народ терпел… Уже репетировали в «Геологоразведке» (в доме на Будённовском-Садовой, над бывшим магазином «Солнце в бокале»).

И, хоть мы вовсю старались, «корчи» только множились…

Первым не выдержал Щербаков, наш соло-вокалист, очень музыкальный, обладатель изумительного по чистоте и тембру голоса, а-ля Barry Gibb и — в пример некоторым — боец, собранный, целеустремленный, член юношеской сборной России по теннису: «Саня, я сегодня пригласил человека. На репетицию. Кого — увидишь!».

И мы — увидели…»

«…уже известного нам Бэна — смуглого, эфиопского типа красавца-квартеронца с тонко очерченными библейскими чертами лица, привёз Кент. На мотоцикле…

Вова Пирожок — барабанщик, которого мы выставили на встречу гостя, видом своим вначале слегка напугал обоих…

Увидев поджидавшего Пирожка, в тёртой кроличей шапке-ушанке с болтающимися завязками, чёрном пальто, из драповых недр которого торчала редкая (почему-то желтая?) щетина, стоптанных шахтинских «гомнодавах» и пузырящих брюках, до бедер сзади забрызганных «запёкшейся» грязью…

Кент — весь в клёпках, коже и джинсе, не глуша мотора, напрягся: «К хулиганам попали! Гитару отберут, да ещё, поди, от….ят!!».

Но всё обошлось, миром-дружбой — в свете неповторимо лучезарной «пирожковой» улыбки…»

«…мы начали. С Беном. Он расчехлил гитару: «Что играем, чуваки?» Начали перечислять и сразу остановились на Keep on Rolling…

«Пацаны, держите меня, что это было?» — глядя на Бена, завопил Пирожок сразу, как мы закончили. А было это, вот что — в Ростов пришла настоящая музыкальная рок-культура. А дальше?…»

«…дальше — пошла настоящая работа: многочасовые репетиции, ежедневные задания каждому, ночные бдения дома, работа над инструментальными партиями и вокалом.

«Коньком» группы стало сложное и гармоничное многоголосие (пели Бен, Щербак, Катенёв, я и немного Женя Хохлов с Пирожком) и выверенные гитарные партии. Никаких вольностей не допускалось! Репертуар включал западные рок-поп-хиты, которые с удовольствием слушались и танцевались, и собственные композиции на русском языке, примерно в равной пропорции.

Песни на русском писались в большинстве своём мной и Женей Катенёвым, аранжировались всеми понемногу, но в основном — Беном. Им же были написаны тексты для двух моих песен на английском…»

«…так прошли 2-3 месяца непрерывных репетиций, результатом которых стал обширный (несколько десятков композиций) песенный репертуар «Утренней Росы».

Да-да, именно это название нашей группы было выбрано единогласно с подачи Вовы Щербакова. И опять судьба: на одну из репетиций совершенно случайно заглянули лидеры «Голубых теней» — Гордеев с Виноградовым. Их обучение в РИСМ’е подходило к концу и, распределенные на работу в разные города, они, как выяснилось, искали преемников. Игра «Росы» настолько поразила мэтров, что они предложили нам взять их аппаратуру (лучшую в городе!), прямо здесь и сейчас с оплатой в рассрочку. Ну, «пруха» же…»

«…наше первое выступление состоялось в клубе общежития иностранных студентов РГМИ.

Открывали песней Jimi Hendrix’а «Hey Joe». Солировал Бен, а мы хором, да ещё под электроорган «Юность» (который нам достался от «Теней» вместе с их аппаратурой и звукорежиссером Сашей-Пиротехником, впридачу!) «четырехголосили» все вместе бэк-вокал.

Дебют получилось ошеломляющим, Сашка Смирнов, прибежавший из буфета с недопитым стаканом в руках, помнится растерянно воскликнул: «Если б не услышал это собственными ушами, не поверил, что в Ростове такое возможно!…»

«…потом было много площадок, школы, вузы, танцевальные вечера, самым интересным периодом которых считаю наши выступления третьим отделением на танцах в «Лендворце» вместе в биг-бэндом Олега Ерёмина. Программы выступлений строились «нон-стоп», 10-12 вещей, но неизменно начинались либо заканчивались гимном «Утренней Росы», написанным совместно с Женей Катенёвым, в котором были такие полные силы и оптимизма слова: «Когда взойдёт Солнце вновь, Ночь обретёт свой Ночлег, Утро встретит День с Утренней Росой и в Светлый Мир шагнёт Человек!…».

Вудсток-на-Дону-69 - группа УТРЕННЯЯ РОСА — с Саша Пиротехник, Женя (Джон) Хохлов, Vladimir Sher, Бен Абдель-Крим и Евгений Катенев.

Вудсток-на-Дону-69 — группа УТРЕННЯЯ РОСА — Саша ПиротехникЖеня (Джон) ХохловVladimir SherБен Абдель-Крим и Евгений Катенев.

«…потом был незабываемый рок-фест «Вудсток-на-Дону», который «Утренняя Роса» организовала и провела на ЛевБерДоне с участием известных ростовских коллективов — «Малыш и братья» (с Сашей Путилиным и братьями Белоусовыми), «Корда» (с Игорем Скрягиным и Леней Липянским), «Неудачники» (с Игорем Пиней, Вовой Гражданкиным, Серёгой Лютым и солистом Мишкой Завалишиным) с незабываемой атмосферой всеобщего ликования и восторга, с красочным плакатом во всю стену, исполненным во дворе Дома Актёра нашими друзьями начинающими художниками Толиком Танелем, Геной Зисманом, Вовкой Кондратьевым и может ещё кем-то, чьи славные имена история умалчивает…».

Статья Валерия Посиделова «Вудсток-на-Дону». 2004 год, газета «Ростов Официальный».

«…потом мы провожали Бена, закончившего обучение в РГУ, назад во Францию в атмосфере «любви, горестного братания и ностальгии…»

«…потом Женя Хохлов, Вова Щербаков и присоединившиеся к ним Женя Брайловский и Саша Путилин продолжили славное дело «Утренней Росы» (и на её аппаратуре) в интересной рок-группе, название которой я, честно, не вспомню сейчас (может подскажет кто?), а потом, по прошествию примерно года, мы неожиданно вдруг вновь встретились с Путилом, прониклись общей идеей и создали «штучный» музыкальный продукт под названием «Огонь, Вода и… Медные Струны!», но об этом в следующем рассказе, если Господь даст на то времени, сил и вдохновения…».

Ростов. Деловые новости недели. Екатерина Гордеева. Хобби

Катерина Гордеева про "ура Бум Бум". Еженедельник "Город N" 04.10.1995 год. N39/141

Как может в Ростове существовать некоммерческий журнал? — безрезультатно вопрошал себя корреспондент N.
А широко известному в узких кругах журналу «Ура Бум Бум» вот-вот исполнится ровно десять лет.

Аккурат к юбилею вышел одиннадцатый номер этого единственного в Ростове-на-Дону музыкально-интеллектуального издания.

N 11 "Ура Бум Бум"Журнал был придуман Галиной Пилипенко и Валерием Посиделовым ещё в пору их учёбы на филфаке РГУ.

журнал «Ура бум-бум!»
Предыдущий, десятый номер вышел в 1993 году, и не прошло и двух лет, как поклонники увидели одиннадцатый «Ура Бум Бум».
За это время, по словам нынешнего главного редактора Валерия Посиделова, «все, кто делает «Ура Бум Бум», на практике поняли, в чём заключается разница между журналом-альманахом и журналом-газетой. И почему в журнале за 1995 год нельзя, описывая тусовку 1993 года, начинать материал со слов «вчера вечером»».
На взгляд N (заметим, не вполне разделяемый господином Посиделовым), нынешний «Ура Бум Бум» покажется интересным лишь узкому кругу ростовчан, которые имеют хоть какое-то представление о событиях и людях, описанных в журнале.

N 11 "Ура Бум Бум"
Так или иначе, добрая половина одиннадцатого номера «Ура Бум Бума» посвящен памяти Сергея Тимофеева: его сценарии, коллажи, рисунки, воспоминания жены и друзей.
Другую часть журнала можно охарактеризовать как свободные рассуждения свободных людей на свободные темы.
Публикации действительно вневременные.
К примеру, от того что материал Галины Пилипенко «Почему я не убью Кирилла Серебренникова» датирован июлем 1994 года, его чтение не становится менее увлекательным. Порой даже забавно сравнить прошлогодние задумки г-на Серебренникова с тем, что из всего этого вышло.
«Ура Бум Бум» также пестрит всевозможными музыкальными новостями.
Одиннадцатый «Ура Бум Бум» отпечатан в Греции, при поддержке бывшего студента филфака РГУ, активного участника движения Mortart Фимиоса Мисайлидиса.
Весь тираж — 1000 экземпляров быстрёхонько расходится по ростовской тусовке путём раздаривания.
У нового поколения, судя по всему, журнал спросом пользоваться не будет: вот уже неделю пять экземпляров «Ура Бум Бум!» лежат в магазине «Подъезд» доселе никем так и не пролистанные.
На ироничный вопрос N o том, как всё-таки может быть интересен и популярен журнал, герои которого малоизвестны, Валерий Посиделов уверенно ответил: «Мы раскручиваем тех, кто достоин того, чтобы о них знали. Мы должны пробиваться сквозь безвкусицу и мещанство, царящие кругом.

Если верить, всё получится».

"Ура Бум Бум"
А ещё Валерий Посиделов считает, что в России нарождается поколение «очень новых русских», которые понимают свою выгоду вкладывания денег в искусство.

На Ростов в том отношении главный редактоp «Ура Бум Бум» не сильно рассчитывает: «Ещё Мариэтта Шагинян охарактеризовала наш город как столицу тупого избалованного Юга. Сибирь, будучи далеко от столицы, не обращает внимания ни на какие московские ценности
и упорно создает свою субкультуру.

Журнал "Ура Бум Бум" N8
А мы смутно уверены в том что недалеко от Москвы, пытаемся ей подражать и топчем свою особость. Но всегда, как мне кажется,надо помнить, что культуру, столичную культуру делают профессионалы.
Пока об этом никто не задумывается, и я хочу ориентировать журнал «Ура Бум Бум» не только на Ростов-на-Дону.
Журнал пользуется огромной популярностью и в Питере и в Сибири и в Москве.
Значит, будем ориетироваться на страну.

Ведь рано или поздно пройдет мода на листабельные издания, и люди станут читать такие журналы, как наш».

CТРАНИЦЫ ЖУРНАЛА "УРА БУМ БУМ" РАБОТЫ ФИМЫ
CТРАНИЦЫ ЖУРНАЛА «УРА БУМ БУМ» РАБОТЫ ФИМЫ

Остаётся только добавить, что «Ура Бум Бум» обладает ещё одним интересным качеством: каждый номер имеет звуковое приложение. За десять лет существования журнала «Ура Бум Бум» набралась огромная коллекция редких записей. Некоторые из них можно получить, обратившись в редакцию журнала.
(К примеру, есть альбомы 35 украинских команд; недавно английские друзья прислали в «Ура Бум Бум» записи лондонских команд, за раскрутку которых только-только взялись тамошние продюсеры, а это значит, что эти группы станут широко известны лишь лет через пять шесть).

ФОРЗАЦ ЖУРНАЛА "УРА БУМ БУМ". КОЛЛАЖ ФИМЫ МУСАИЛОВА
На взгляд N, тот факт,что «Ура Бум Бум» не просто всё ещё жив, но и растeт сам по себе сверхъестественен.
Так что идеи господина Посиделова, кажущиеся, на первый взгляд авантюрными, быть может, действительно, найдут своё воплощение.
Пусть даже и в середине ХХI векa.
Катерина Гордеева
Еженедельник «Город N» 04.10.1995 год.
N39/141

В скане использованы фрагменты рисунков Дмитрия Посиделова (сын!).

Ростовская инкунабула

IMG_20160307_161445

Ростовская инкунабула — мой журнал ПНЧУ (Приложение Неизвестно к ЧемУ) — машинописный журнал, который я выпускала при поддержке близких людей — мой сестры — Людмилы Андрейченко (Люсико изобразила муки творчества на обложке первого номера) и Валерия Посиделова.

Шестой же номер от корки до корки рисовал Андрей Кравцов.

На обложке проанонсировано интервью в Петей Москвичёвым  — шефом рок-клуба.

Времена это былинные — начало 80-ых (так я думаю).

Поскольку после ПНЧУ я стала делать другой самиздат-фэнзин — «УРА БУМ БУМ» — в 1988 году.

Собственно тематика и ПНЧУ и «УРА БУМ БУМ» — музыкальный андеграунд.

GalaScan_jule2010_10GalaScan_jule2010_11

Петля Нестерова

Ура бум-бум! 1990 #05

Валерий Посиделов

Галина Пилипенко

10 сентября 89 г.

Днепродзержинск

Устилавшие гостиничные коридоры ковровые дорожки обычно вызывают представление чего-то бордельного: пыльно, пышно, красно.

Открылась дверь в ряду других, на мягкость красного ступили босые неженские ноги. Молодой мужчина в черном ажуре женского белья шел по кромке красной дорожки (прямо петрово-водкинское) и мослы его коленок целомудренно цепляли друг друга. Полиэстер трусиков, на вытянутом вверх и вдоль тела парниковом огурце члена, фотогенично лоснился.

Мы предложили — «Пофотографируемся?».

Он хихикнул, и, вроде бы, смущаясь, отказался?

Костяшки коленок еще раз целомудренно стукнулись — бас-гитарист ленинградской группы ПЕТЛЯ НЕСТЕРОВА срочно отправился продолжать свое путешествие вдоль кромки дорожки.

Поэтому для вас мы воспроизвели интервью с лидером группы Эдуардом Нестеренко, а со снимком бас-гитариста придется повременить.

Ура бум-бум! 1990 #05

 — Эдик, доволен ли ты звуком вашего альбома «Кто здесь?*

Звук получился каким-то кукольным… Альбом мы писали у Леши Вишни — хозяин-барин — студия его и звук его. И потом, насколько я знаю, вся продукция, которая производится на самодельных студиях, продается через какие-то каналы, через Москву как-то еще.

И я понимаю Вишню, которому надо, чтобы наш альбом купили, это естественно. Он же тратил свое время. Я никогда не интересовался, сколько он продал и что получил и получил ли вообще, потому что мы, в общем-то группа не популярная. Мы, конечно, пробуем расширить свою аудиторию: ритмически стараемся и пытаемся делать веши в темпе, доступном всем, аранжировки…

Но за две минуты мир не переделаешь, за полчаса тоже. Уровень музыкальной культуры и публики очень низкий. И если смотреть хотя бы на этот «богемный» фестиваль, то и здесь — те же лозунги, те же ревущие гитары и все похожи друг на друга и все это уже 20 лет назад было. И ясно, что в музыкальном море планеты Земля аналогов — миллион.

Другое дело, когда пытаешься сделать что-то такое, чему аналогов не миллион, ну сотня таких, как мы в мире — я имею в виду по концепции, тебе уже становится тяжело. И нужно балансировать очень точно, либо вообще без аудитории останешься, либо идти на какие-то компромиссы.

— Ты идешь на какие-то компромиссы?

— Собственно говоря, пока что компромиссов нет. Не знаю, может быть, я как-то адаптировался в среде и это плохо… Ты же понимаешь, что песня просто так не пишется. Возникает какое-то настроение — написал, сделал. Показываешь ребятам — смотришь — так… кислые рожи… В другой же раз бывает иная совершенно реакция — послушают — бах! Почему бы и «нет», собственно? — все говорят. И появляется азарт и тогда все делаешь по-другому.

— Но здесь, в Днепродзержинске, вас воспринимали, кажется, как поп-группу, может быть, это давал стык с Ю-ТУ… А вот в КОШКИН ДОМ не втыкались абсолютно — как если бы на сцену Лайбах вышел.

— Понимают те, которые знают. Абсолютно камерная нестадионная музыка. Может, и у нас она была бы более камерная… Но здесь уже работа над звуком… Я бы оставил ритмику и немного изменил бы аранжировки.

— То есть где-то приходится форсировать и надрываться, чтобы лабать лишний кич?

— Я ненавижу, когда отрывается уровень вокала от уровня инструмента. А у нас почему-то привыкли слушать текст. Боже мой, да пора давно уж привыкнуть, что сказано все. По крайней мере, если ты хочешь слушать тексты — купи себе кассету и слушай дома, а не на стадионе.

А операторы — представители той же самой публики, которой все еще интересен текст. Операторы в своем «поэтическом творчестве» что-то делают погромче — слушают слова. Ну надо же — эта строчка хорошая, а эта плохая…

Ура бум-бум! 1990 #05

— Тут еще другая сторона — для тех групп, которые хотят что-то делать в музыке, фестивали порочны настолько, что становятся бессмысленными. Вот и компромисс

— Я помню, как мы отстраивали звук в Горьком. Там мы играли с АУКЦЫОНОМ, они как раз вернулись из зарубежной поездки какой-то и педалей на гитару было — зажрись. Я слюну пустил и выстроил звук, который мне нравился.

Заиграл… человек с пульта… кричит мне: «Не понимаю — что с гитарой?» Ну не понимаешь — это твои проблемы. Так нужно, такую музыку мы играем, а я с комбиков слышу прекрасно и мне не нужны какие-то особые усилия, но ограниченный человек не понимает, что оператора мы делаем.

Ура бум-бум! 1990 #05

— Что ты слушаешь сейчас?

— Недавно записал себе несколько групп с женским вокалом. Нравится ФОРИН МЬЮЗИК — одна из как бы новых американских групп, которая пишется в Англии — видимо, тоже свои проблемы… Пишется на независимой студии. Там же пишутся ДЭД КЭН ДЭНС, КОКТО ТВИНЗ, которые тоже мне нравятся.

Сейчас я прикалываюсь на девчонках, не знаю, может быть, это временно и скоро пройдет.

— А попцу слушаешь?

— Смотря что называть попцой. Если поп-музыку, то я до сих пор люблю ДЮРАН ДЮРАН и бесконечно доверяю всему, что они ни сделают — здорово. К ним, конечно, изменилось отношение людей за последние пять лет, но вот я как-то…

— У нас, наверное, дурацкое отношение к понятию поп-музыки…

— Да, оно извращено.

Я люблю просто хорошую музыку — БРАЙАН ФЭРРИ, ДЭВИД БОУИ — естественно. Честно говоря, музыки не хватает — я уверен, что ее гораздо больше и с удовольствием слушал бы гораздо больше. Хотя, конечно, постоянно слушать музыку нельзя и где-то раз в неделю бывает состояние, когда не хочется слушать ничего.

Еще Джа Дивижн люблю.

Вообще мы играем сейчас совершенно по-другому: захотелось, чтобы развеселилась публика. Захотелось сработать наверняка. То есть, если бы они знали нас, понимали нас — тогда другое дело. А так… своеобразный компромисс — ведь когда даешь и им хорошо, то и тебе становится хорошо от этого. Сегодня захотелось сработать наверняка. Сегодня мы выбрали самые ломовые, просто разгуляйские вещи, хотя, конечно, мы мрачная группа.

— То есть, если продолжить разговоры о жизни и смерти, ты выбрал бы тему смерти?

— В нашей новой программе, например, одна песня называется «Я смерть», вторая «Остров мертвых» (Эдик немного смеется — прим. Галины Пилипенко), то есть, по большому счету, человека же мало что волнует. Страх, любовь… Даже в последнее время не любовь, а то, что связано с сексуальной стороной.

Сложно рассуждать о том, что хочется петь, что не хочется. Я хочу в новой программе петь веселые вещи о природе. Ну не совсем веселые (усмехается — прим. Г.П.). Скорее созерцательные, с мягкой музыкой. И когда у Вишни будет отличная студия…

— То есть, вы опираетесь на изначальные, неистребимые чувства — прастрах, пранадежда?

— Да, хотя вариться в собственном соку долго тоже нельзя — надоедаешь сам себе. Хочется разных открытий самого себя. Вот есть наши две программы, следующую хочется делать радостной. Но я говорю «хочется», а ведь нас всего трое.

Ну глупо звучит, когда один человек говорит «мы», как Николай II, правильно?

Глобальных и вселенских планов мы не строим, только пытаемся передать ощущение, ведь все наши песни, прежде всего, созерцательные. Они не несут в себе никакого призыва «пойдешь со мной» — нет.

— Кто тебе интересен вне рок-музыки?

— Из писателей — любимый английский Алан Силитоу, Кортасара люблю, Борхеса люблю особенно.

А из русских — не знаю, не читал я как-то в последнее время русских. Набокова разве что, еще, конечно же, Сартр.

Нравится английское кино.

— Если заняться арифметикой, то на сколько процентов твой лирический герой — это ты? Вот, например, «Шанс», который ты посвящаешь всем «неудавшимся» самоубийцам?

— Надуманности никакой не было. Может быть, я сегодня не показал в ней все, что, как мне кажется, я показал.

«Шанс» — может быть ведь что угодно, — о неудавшемся футболисте, киноактере, тема неудачника вообще. И то, что я сегодня посвятил ее неудачникам-самоубийцам, то это просто вылетело само и все.

По-моему, мы чересчур серьезны (смеется — прим. Г.П.) в общении с прессой и вообще — кредо.

— Тебе не кажется, что это идет от традиции холодной волны?

— Наверное. А если сравнивать, то по текстам мы скорее не холодная волна, а готическая.

— Название некоторых вещей — «Замок», например, прямо наводит на архитектурные образы. В общем ты верно сказал — кредо. И образ жизни.

— Я сказал, мой герой — я на 60 процентов, а не на сто. Если бы мой герой в песнях попивал водочку и отплясывал с девицами — тогда бы я сказал, что на все сто.

Глупо погружаться с головой во все это, тем более в рок. Честно говоря, рок-музыка, как вид творчества, мне не очень нравится. То есть ничем другим я заниматься не пробовал, но думаю, что художник из меня вряд ли бы получился. Кино снимать — слишком отдаленная перспектива, а рок-музыка — подхоцящий выход для наших условий.

— Если бы ты снимал клип группы ПЕТЛЯ НЕСТЕРОВА, что бы в нем было?

— Сюжетной линии наверняка не было бы. Натурой, скорее всего, была бы студия с инструментами и зима и, наверное, меня все-таки задушили бы…

— Иначе, если по Гелдофу, твое занятие роком вроде оттяжки?

— Да, хотя оттяжка подразумевает и вторую сторону, не только веселье и застолье, но и последующее похмелье. Так что не совсем по Гелдофу.

— Тогда наркотическая тяга?

— Да нет, объяснение «музыка — наркотик» — для дураков. Потому что нормальный человек развивается гармонично и ему естественно пробовать себя в разных равных областях, если у него есть энергия самоутверждаться.

А есть люди, которые… ну как у Селинджера — человек, который ловит детишек. Такой профессии нет, но ему хочется и он придумал ее себе. Я не могу придумать себе даже… Как-то отвязываюсь на сцене…

— Ты говоришь «для дураков». Но когда музыка — самоутверждение, это очень часто толкает к пафосу, а тогда отношение к делу наркоманическое — «ну так я живу и хавайте меня таким, как есть…»

То есть там, где человек самоутверждается, он начинает чаше всего тыкать пальчиком на сцене, поэтому я и говорю — наркомания здесь не в смысле того, что ломка начинается…

— Пожалуй, я приперт к стенке.

— Эдик, значит, жизнь заведомо, в основе своей трагична? Рождаемся, чтобы умереть?

— Да уж никак не радостна…

— Тогда откупа «Шанс» взялся? Шанс выжить, что ли?

— Почему? Можно так: человеку дается еще один шанс — попрощаться.

Ты имеешь в виду, как я отношусь к сильному началу в искусстве? К хиппейным делам с большой осторожностью, но я знаю, что Леннон — классный был…

— Дурацкий вопрос — какие группы нравятся тебе в текстовом плане?

— Из советских — во-первых, НИКОЛАЙ КОПЕРНИК, потом — КИНО и ДУРНОЕ ВЛИЯНИЕ. Больше я, пожалуй, и не назову — плохо знаю советскую музыку.

Из зарубежных нравится КОКТО ТВИН, но не по текстам — они рыбу чаще всего поют, потому что шотландцы и языка не знают. Наверное, по текстам — КЬЮ.

— Близка ли тебе некроэстетика, например, то, что делает Юфит?

— Я видел почти все его фильмы. Больше того — Игорь Мосин — барабанщик ДУРНОГО ВЛИЯНИЯ занимается подобной деятельностью. Хотя у Игоря все выглядит гораздо веселее и только, может быть, концовка заставляет думать о смерти.

У Юфита, конечно, — другое дело — мрачнее…

— На чем вы сошлись с ВЛИЯНИЕМ?

— Мы мягче ВЛИЯНИЯ, вообще-то. Если мы еще допускаем какой-то отход в гармонию, и количество нот у нас больше, то у ВЛИЯНИЯ соответствие текста и музыки жестче и конкретнее…

Вот так мы поговорили, а когда стало уже поздно, вдруг спохватились — сакраментальный-то вопрос и не задали! Почему ПЕТЛЯ НЕСТЕРОВА? Впрочем, наверняка акцент был бы не на фигуре высшего пилотажа, а на мертвости петли, на удавке.

«Петля Нестерова»

Ура бум-бум! 1990 #05

выжить

В вагонах метро чисто и светло,

Я наблюдаю себя, я — стекло,

А крысы в тоннелях врезаются в шпалы,

Голодные крысы жрут грязные шпалы.

Выжить, выжить, выжить

Они хотят выжить.

Я не люблю смотреть в зеркала,

Зеркала — лучший способ сойти с ума.

Но я должен видеть того, кто там.

Я хочу видеть того, кто там.

Выжить, выжить, выжить

Я должен выжить.

И мне наплевать на мрачный прогноз,

Но путь домой страшен и это всерьез.

И бог его знает, что меня ждет,

Но я должен знать того, кто мне лжет.

Выжить, выжить, выжить

Я должен выжить.

замок

Безлюдный, тихий, мхом одетый,

Стоит безлюдный гордый замок.

Смотри, его глаза огромны,

Но нет в них света, нет в них света.

В пустынных коридорах гулко,

Здесь тихий шорох привидений.

На главной башне мы с тобою

В плену видений, в плену видений.

Кирпич порос травою сорной,

Прах стражи по ветру развеян.

Лишь госпожа здесь молча бродит

С улыбкой смерти, с улыбкой смерти.

Душа моя как этот замок,

Где мир — фальшивая монета.

Смотри — глаза мои бездонны,

Но нет в них жизни, нет в них света.

земля и небо

Змеи свиваются в кольца

Всадники скачут на Запад

Новые луны восходят

Над темной замлей, где последний

В страдании первому равен

Звезды бледнеют и гаснут

Солнце встает на Востоке

Женщины жаждут взывая к Мужчинам

И к Богу, и к зверю, что в них.

Любовью встречают любимых

Жертвы о мире взывают

Мессии приход ожидая

Но небо молчит, время прячет

Песком становится камень.

История мир открывает

В ошибках скрывается правда

Экстаз и террор чередуя народы

Творят свой удел на планете живых.

P.S   Пока суть да дело, у «петлюровцев» произошли: перемены, о которых нам сообщила Лена Голобородько — менеджер группы: «ПН» временно не работает — Гога — бас-гитарист играет в НАУТИЛУСЕ. Эд и Семен думают как жить дальше, а я пока, а может и насовсем, занимаюсь КОШКИНЫМ ДОМОМ».

Опубликовано в Журнале «Ура Бум-Бум» 1990 г. № 5

Ура бум-бум! 1990 #05

ИЗДРАННЫЕ МЕСТА ИЗ ПЕРЕПИСКИ С ДРУЗЬЯМИ или Александру Николаевичу Житинскому посвящается

Но это было чуть позже, так что по порядку — предпочтительней. Напечатание писем Гинэ Штуха и Валеры Посиделова предпринимается с целью подражания «Муз. Эпистолярию», а также с целью возвеличивания группы КЛАССИФИКАЦИЯ Д (Новосибирск) и ТАМ! НЕТ НИЧЕГО (Ростов) — при жизни.

На скромное предложение такое Штух ответил следующим образом:

«Здравствуй, милая Галя, хотя у Дали жену тоже звали Галей. Но Дали — козел. Единственное, что он умел — рисовать. Зато рисовал лучше всех козлов.

Будь вы даже рекордсмен по прыжкам в длину с шестом, в мире всегда найдется человек, который переплюнет ваши рекорды. Но если, однажды прыгая, вы уроните на землю ковш масляной краски, не найдется никого, кто слизал бы краску языком. В том числе это касается и статуй!

А супруг-то твой меня не балуют нынче. Жаль. Признаюсь, его письма приносят мне только радость, хотя есть среди них и достаточно грустные. К примеру, весть о том, что он смотрит съезд и плачет, как окно, когда в него стучит дождик: кап-кап-кап. А я съезд не смотрел, поскольку жаль времени, во-первых, а во-вторых, на работе все равно пересказывают все в деталях и несколько раз. Аж тошно.

Кроме того, я уже давно ничего не жду. Совки уже мне все дали, и за это им спасибо, слава кпсс, так сказать. По этому поводу хотелось бы процитировать слова из альбома группы «Низкий Подъем» г. Краснодар, но оставим до следующего раза. Хорошо? Ты ведь меня не забудешь? А я тебя. Не забуду.

Готов тебе отдать все: и согласие, и одобрения, и благоволения, и все, что сделано в СССР. Кроме, правда, медицинской справки. За ней ведь надо в больницу идти, в очередях стоять, потом в рот чего-нибудь всунут или еще куда. У них там в больницах круто. Я-то знаю, полежал, слава богу, повидал. Укол могут, опять же, впендюрить. Или клизму какую. Мастера, одним словом.

Одно могу сказать определенно, несмотря на дурную наследственность, на учете в псих. диспансере пока не состою. Хотя находятся люди, которые желают меня туда сбагрить. Но пока все обходится. (Здесь я плююсь три раза и стучу по голове)»

Ростов-на-Дону. Журнал Галины Пилипенко "Ура бум бум"

группе «ДЕНЬ И ВЕЧЕР» от группы «КЛАССИФИКАЦИЯ Д»

Здравствуй, «ДиВ»!

Обращаюсь к вам по рекомендации А.Н. Житинского, возможно, вам известного по «МЭ» журнала «АВРОРА». Во-первых, выступая от лица группы «Классификация Д», осмеливаюсь предложить вам натуральный обмен бобинами по 225 метров магнитной ленты. С нашей стороны вам предлагается запись конкурсного альбома «Поделки Инвалида» (аннотацию см. «АВРОРА» номер 7 за 1988 год), с вашей же стороны хотим произвольную запись, без ограничений. Исключительно уповая на возможность установления культурных, дипломатических, дружеских и прочих связей.

Во-вторых, обращаюсь к зам от лица Клуба Современной Музыки Новосибирского университета. Мы планируем провести в Новосибирском Академгородке небольшой рок-фестиваль. На данном этапе работы по подготовке этого мероприятия ведется сбор фактической информации с целью выяснения принципиального согласия потенциальных участников, как музыкантов, так и журналистов. Время проведения фестиваля пока точно не установлено. Вероятно, это будет где-то в середине весны. Но не буду загадывать.

Планируется: проживание участников — гостиница «Золотая Долина» СО АН и гостиница НГУ; место проведения концертов — сцена Дома Ученых СО АН; аппарат — чешский «Метроном» (точного названия, ай, как стыдно! не знаю). Кроме того, вероятно, наряду с концертами пройдут творческие семинары (в аудиториях университета). В этой связи, просим вас сообщить свое принципиальное согласие (несогласие) на участие в фестивале. Если желаете выступить с теоретическим докладом — то выслать тезисы выступления.

Если согласны на сотрудничество — напишите. Непременно сообщите количество людей в вашем коллективе. В противоположном случае — ничего писать не стоит. Если пожелаете нас послать, то лучше устно, в восточном направлении.

До свидания. С уважением, администратор «Классификации Д» Гинэ Штух. 04.12.88 п. Кольцово

Ростов-на-Дону. Журнал Галины Пилипенко "Ура бум бум"

Валерию Посиделову от Корженевского Сергея «Классификация Д»

Здравствуй, Валерик и «Там! Нет Ничего!»

Получили ваше послание, очень рады и весьма тронуты доверием — вы ведь и фонограмму, если верить письму, следом выслали. Но мы ее пока не имеем. Вероятно, всему виной праздник. Кстати, с Новым Годом. Вообще-то, я терпеть не могу всенародное ликование, особенно 7-го ноября, однако, следуя традиции всех поздравляю, но не искренне. Желаю вам счастья во вновь наступившем году, творческих успехов, здоровья и крепкой взаимной любви.

Завтра мы улетаем в г. Ленинград. Проторчим там до 22 января. Будем записывать «Поделки Инвалида» в студии ЛДМ. То качество фонограммы, которую мы послали на конкурс, удовлетворяет только глухих и немощных. Вот такие дела.

Если будете в славном г. Ленина, то на нас можно выйти через Житинского. Мы будем жить в гостинице ЛДМ, там же, где студия. Да, чуть не забыл, что означает ПНЧУ? Платное Наслаждение Человеческим Увечьем? Хорошее название, согласен.

Вопрос о фестивале отложен до возвращения из столицы. Житинский почти убедил меня в том, что нет смысла проводить теоретическую часть — скучно получится, все сопьются. Но я, все-таки, еще не до конца отринул эту идею. Хотелось бы почитать ваш журнал. Читаю я умело, верну почти сразу, и пересыл готов оплатить.

Был в Ленинграде, Боря Гребенщиков жал мне руку, но это так, к слову.

«Поделки Инвалида» 1987 и «Происхождение Культуры» вышлем после возвращения, то есть после 22 января. Уже скоро.

Да, забыл указать: «Происхождение Культуры» — альбом 1988 года.

Вопрос: печатаете ли вы в журнале ПНЧУ стихи и прозу (художественную)? У нас в накопителе есть кое-что душевное.

Простите за неровную правую границу. До свидания

Пишите нам на тот же адрес

Целую всех и убеждаюсь, что, действительно, нет никого Ваш Гинэ Штух (03.01.89) п. Кольцово

Ростов-на-Дону. Журнал Галины Пилипенко "Ура бум бум"

10.02.89 Валерию Посиделову от Корженевского С. п. Кольцово

Здравствуй, Валерик и «ТНН»!

В первых строках сообщаю, что бобину послал 30 января сего года с фонограммой альбома «Поделки Инвалида» (в дальнейшем ПИ) и с добивом из «Происхождения Культуры» (в дальнейшем ПК), а именно; произведения «Нефть II» и «5000 тел». Это пока все, что есть в наличии касаемо КД. Сорри!

Получил фонограмму и Ура-Бум-Бум. Спасибо. Господи, как я был счастлив! Читал и перечитывал, слушал и переслушивал. Особо хочу выделить песню «Очередь за вином».

Сам по натуре человек сентиментальный и любвеобильный, я просто взвывал иногда от полноты чувств обуявших некое подобие того, что принято называть в народе, что во мне. И даже идиотский рефрен в конце не смог до конца испортить картины. Похоже на цитату из Захер-Мазоха. Но обо всем этом я хотел бы написать отдельно.

Ответы по первому письму: пока о себе писать не буду, фотографий нет, но скоро должны появиться. Съемки уже закончены. Будет повод чиркнуть вам. Кстати, наверное вам интересно, почему я так долго не писал. Все молчал.

Отец Валера! Мы тут в поселке с еще одной ВИА обитаем. Название ее я, ВИЫ разумеется, не знаю и ни разу даже не слышал, что они играют, хотя поселок сам по себе довольно мал. Нас пригласили на фестиваль в город Тагучин. Ты не знаешь случайно, это где? Вдруг, например, в Великобритании? С Макартней хоть побазарить, говорят, он к русским хорошо относится. Наверное, просто не знает. Ну, давай, давай к делу! Итак, как нам удалось записать в ЛДМ ПИ?

Прошлым летом, зайдя к Житинскому А.Н., услышал от него про эту студия — там писался ТВ «Отечество…».

В сентябре мы встали на очередь, в январе — писались. 72 часа, стоимость часа около 38 руб., лучше безналичные. Достоинства — 16-канальный магнитофон. Все. Минуса — хреновое помещение, хреновое отношение («Приехали, блин, играть не умеют, а туда же! Сидели бы себе в своей дыре, копили бы и не совались, казлы!»), хреновый звук. Жили в гостинице там же в ЛДМе. Ну, да господь с ними. Все затраты — около 5000 рублей. Полное банкротство! Но впереди Тагучин, Англия!

В апреле «Аврора» совместно с Выборгским Молодежным Центром планируют фестиваль. Вся шушера рок-н-рольная съедется. Побренчим. Надеясь, что ответил на вопрос. Если еще что-нибудь волнует — непременно пиши.

Все, что касается Новосибирских рок-дел — мы не в курсе. Вступив однажды, в феврале 1988 года, в рок-клуб, по сей день там, но понятия что это ни малейшего. Нашумевшая группка «Кал и Новмост» нас уже давно не радует. Есть тут ансамбль «Идея фикс» с Колей Гнедковым во главе — говорят забой, а мы опять не знаем.

Наши кореша — «БОМЖ» — куда-то канули. Жаль! Еще есть в Бердске «Культурный Бункер». Говорят здорово играют. Их тоже в Тагучин. Там посмотрим. Есть еще «Волки», хороши. Я был у них на концерте в январе 1988 г. Сейчас они вроде состав несколько раз поменяли (см. басни старика Крылова). Они нас любят. Ходят к нам на концерты, почтение высказывают.

Другие, «Промышленная Архитектура», считают, что нас надо слушать в туалете, ну, как не вспомнить Ура-бум-бум? Все.

Целую Твой Штух Гинэ

Ростов-на-Дону. Журнал Галины Пилипенко "Ура бум бум"

Здравствуй, дорогой Штух!

Прости за фамильярность. Рад, получил пленку, но, увы, еще не слушал, пока не на чем. Такие дела, живу не лучше Иги Попа. (Эге!! сказали мы и вспомнили, как некто Бог Гребенщиков, он же БГ и БОБ повествовал о тяжкой жизни вышеупомянутого братушки из-за бугра).

Про ЛДМ — мерси за информацию. Увы, если бы у меня были 5 штук, я бы лучше купил два дешевеньких АКАЯ и убрал бы по уровню всю эту захиревшую питерскую тропилловщину; вас бы уж точно закатал за ящик портвейна, который бы вместе пожрали во время сведения.

Кстати, у нас в Ростове скоро будет крутая студия, которую мне уже пообещал выслать Фрэнк Заппа, но у него пока что трудности с транспортом, все никак с водилами из Пентагона не добазарится за башли, жмет, наверное, падла. С обещанными фестивалями пока (Динамо). Их там всех кто-то повинтил. Так что дырка от бублика улыбается, как Рафаэлиева шлюха.

Меня, конечно же, душит жаба, что жисть проходит, не здороваясь. Кстати, как бы нам с вами в Англию, или хотя бы в Петроград на апрельский сэйшен «Авроры», там бы и встретились? А Маккартни, хоть и любит Россию больше Линды, но что-то в гости не зовет.

Мне вообще сдается, что он, старый пердун, Россию перепутал с Монголией. Очень будет интересно узнать твое мнение о том материале, что мы вам выслали, правда я, хоть убей, не помню, что там записано. Так что давай не стесняйся в критиках, я тоже буду предельно откровенен в своем «приговоре», когда послушаю.

Кстати, я к студийной работе отношусь поху…ски, ибо это не студия, а попугайство. Люблю я живых людей, когда они, падлы, в тебя плюют, рыгают, хлопают и клянчат песенки-хиты. «Очередь за вином» очень старая песня. Живьем она совсем иначе была. Народ плакал от смеха. Мы ее давно не играем.

ДиВ-88 (последний) мы писали уже будучи врагами. Как сейчас помню, когда писали «Очередь…», я был в дрезину… Записал 1-й дубль и решил так и оставить. Сейчас просто диву даюсь, как я мог попадать на струны тогда, да еще и на ногах стоять. Такие дела.

Весь ДиВ концертный от ДиВа студийного отличается как гитара «Орфей» от памятника Зинаиде Гиппиус. Поэтому почти все наши альбомы это «халяваиндепенденссовдеп». Хотя надо сказать без скромности, музыканты со мной работают очень крутые, я до сих пор не пойму, почему они не прозреют, с кем связались.

Теперича я буду домогаться, нагло и пошло. Дело в том, что я человек очень серый и безграмотный. Немножко осилил русский язык, да и то после тяжелых пьянок на филологическом факультете, что позволяет мне делать одну-две ошибки в слове, а не 3–4. Углубляясь во влагалище мировой культуры, аки скиф немытый, путая Кандинского с Караченцевым, а Кэт Буш с Мордюковой, все же хочется узнать, о чем люди поют, пели и будут петь в за-бу-гор-ном рок-мире. Если у тебя есть переводы Бирна и подобной братии? Меня интересуют как поэты и философы все от Леннона (не путать с Ульяновым) до Ротена и кто-то там еще; а также очень хочу знать, что с моим другом Робертом Фриппом происходит сейчас.

Живой ли, на крысе ли, на игле или на капельнице. Вообще что-нибудь о Кинг Кримзон, Белью, Эндекс, Лори Андерс, Лэйбош, если нет, то пришлите семейный портрет супругов «Мордин Токин», кстати, о чем пели эти — тоже не знаю.

А то ведь я все пою, пою, какие-то пушкинизмы, а жопа чувствует, что не модный совсем, а очень хочется быть модным, как «Коллежский Асессор» или хотя бы как «Апрельский Марш», но тезаурус, увы, пока не позволяет. Так что, если что-нибудь знаешь, не поленись, отец родной. Думаю, что, если тебя интересуют какие-нибудь вопросы, пусть даже это будет военно-советская тайна ее я с радостью, и без патриотической боли — разглашу. Еще раз прости за рукопись, путанность и арфаграфию, это наркотики проклятые ругаются с яблочным уксусом. На этом прерываю эпифризарий, зпитокарий, тьфу ты черт, эпистолярий.

P.S. (что в переводе значит: Погоди Сжигать!) Полиграфическая база твоих писем побуждает меня задать наглый вопрос: а что это за ЭВМа у тебя такая и нельзя ли на ней катануть ПНЧУ?… Распространение беру на своих шпионов, вам, кроме рекламы «Классификации Д» по всему Совдепу, ничто не будет угрожать. Может, скооперируемся?

Ваш Посиделов…

20 февраля 1989 года

Ростов-на-Дону. Журнал Галины Пилипенко "Ура бум бум"

9 марта 1989

Дорогуша Валерик, здравствуй!

Свинтил ты меня заморочками своими, неоправданным каким-то доверием. Чо ты? аль забыл, куда направляешь посылы? Читай: в Сайбириан лэнд, ибитическая сила! Суда раньше народ ссылали. Очень место отдаленное, без культурных памятников, кроме стеллы в виде головы Ильича, а кто такая Гаппиус Зина не знаю, это, наверное, какой-то аналог Зои Космодемьянской?

Решил выслать тебе твое письмо, сохранив оригинальную орфографию и кое-что добавив от себя. Особенно это касается имен собственных. Многие товарищи мне совершенно не знакомы. Других знаю лишь косвенно, по автобусным разговорам и пьяным выкрикам в зале во время рок-н-ролльных концертов.

Как «с помощью двух дешевых АКАЕВ»(фамилия?); «убрать по уровню? Что, Совдеп (звукооператор?) знает технологию? Мы чешем репу — не иначе какой-то кроссворд»(загадка!). Будучи в студии в доме культуры родного п. Кольцово, пишемся в живую, то есть записываем десяток дублей, потом выбираем какой получше и при монтаже всовываем в альбом. А как по другому? Можно, конечно, если есть многоканальный мафон, но увы! Кто такой АКАЕВ? Шпион?

Кстати, Ф. Заппа прислал, по слухам, одну из своих студий в село Ордынское, Якутский автономный военный округ. Другу своему Коле Белдыеву.

Раньше этот монстр сов. эстрады записал уже два альбома — «Хейжды» (не путать с Хей Джуд) и «Приди весна». У меня есть, вот они стоят на полке. Хочешь, катану и вышлю запись? Усссышься! Пленку, правда, жалко. А что будет теперь, когда у него френк-запповская студия? Наддаст, бля, жару! «У меня есть чум и лодка, и собака и ружо, и еще в груди ношу я сердце жаркое свое!..» Опа!

Кстати, Леннона переводили фрагментарно, где-то в «ИЛ» качала 80-х. Помню, что читал. Про мужика, у которого не было руки. Он выписал протез, прислали, но на другую руку. Он эту руку отрубил, приделал протез и снова написал. Снова прислали, он приделал, щелкает теперь, счастлив.

О чем поют буржуи пишет журнал «Ровесник». Не читай лучше, а то разочаруешься, набьешь мне харю при встрече. Все забугорные музыканты (только тихо!) поют о том, что неграм очень плохо живется. Эти самые негры умирают от чумы и священной пляски Витта, от недостатка углеводов и канцерогинозы. Нету у них валенков и резиновых перчаток, которые защипают тело от ударов электричества, белые бабы их не любят, вешают их за шею на ветках, как елочные украшения. Трудно товарищам при капитализме. Такие дела.

Товарищи из ВИА «МОРДУН ТОЛКИН» поют о бренди. Это, говорят, такой сорт пива. Поют они про это самое бренди, мол дескать, блин, когда его пьешь, очень вкусно. Рекламируют, как я понимаю. Что ж, будем в Англиях, непременно попьем.

Кто такой тезаурус?

ЭВМа у меня на работе стоит. Называется «Искра 226 м». Говно старое. Но у нее есть ряд преимуществ, если сравнивать с обычной писчей машинкой. А именно: возможность корректировать текст без каких-либо заметных временных и материальных затрат. Однако, текст надо сначала ввести. Эта операция ужасно мучительная для меня, поскольку я печатаю одним пальцем. Не подумай, что я инвалид.

Просто никак не могу приноровится печатать остальными девятью. Не приложу ума, чем смогу быть полезен в печатаньи ПНЧУ. Но, если у тебя есть какие-нибудь соображения, то поделись.

Если рожу какую-нибудь статейку для вашего журнала, то обязуясь выслать в соответствии с установленными правилами, то есть в двух экземплярах, по 30 строк на лист, в общем, все будет по фирме, кроме шрифта.

Что ты все время пристаешь ко мне, чтобы я критикнул ваш материал? Ну, говно, и что? Легче стало? Как любой мало-мальский музыкантишка, к чужим экзерсизам отношусь весьма скептически. Однако, я не совсем идиот. Кстать, наши «ПИ» еще хуже. А знаешь, что мне больше всего не понравилось? Это про колбасу.

У меня, ты не думал, есть и любимые ансамбли. А именно, у буржуинов — Кокни Рэбл со Стивом Харли, а у русских — «Лаковый Маркс» с вокалистом Оссифом Кобздоном. Но если честно, то хочу разродиться статейкой специально для тебя, где с субъективных позиция поковыряюсь как в музыкальных делах, так и в текстовых. Ужо и колбасу тебе припомню, на фиг! Есть такая идея.

Кстати, хочу спросить про «Театр Менестрелей». Я им писал, но они проигнорировали. Чего это? Афигенные мужчины, что ли?

В Тогучин мы не поехали. Во-первых, Ключ уехал в Болгарию, во-вторых, Дон заболел, в-третьих, «Культурный Бункер» не нашли, маскировка! в-четвертых, в Тогучине закрыли пивной завод.

Был недавно на концерте московской группы «Нюанс». Мне так сильно понравилось, что даже не стерпел и пошел в колуары жать маэстрам руки. Крутая группа, очень советую послушать.

До свидания, передавай привет господам музыкантам, Галине и всему филологическому факультету. Целую и обнимаю. Твой Г. Штух.

Ростов-на-Дону. Журнал Галины Пилипенко "Ура бум бум"

29 марта 1989 г. Посиделову Валерию

Кольцово от Корженевского Сергея

Родной Валерка, здравствуй!

Написав предыдущее послание, запечатал бумажки в конверт (толстый получился, мерзавец!) и положил в карман в штаны. Штаны у меня серые, рваные, грязные и старые. Я купил их, вернее, моя первая жена меня на этот подвиг сподвигла, лет девять назад. Я страшно не люблю покупать что-либо из одежды. Это как бы предательство — выбросить старые башмаки или рубаху. Атавизм, конечно, но я ведь продукт нового социалистического общества.

Зато люблю покупать новые магнитофоны, усилители и пластинки. Это, возможно, потому, что старые не выбрасываю. Или еще почему-нибудь. Короче, положил я письмо в штаны и поехал прямо к Ключу. Он живет у черта на рогах. Вернее, у черта живу я, а Ключ ютится в коммунальной квартире на шлюзе, это совсем рядом от Академгородка. Мы с ним попили спирту, и тут я сказал, что надо бы письмо в ящик сбросить. Повел тогда меня Ключ, подлый, козьими тропами среди домов каких-то многоэтажных.

Когда я уже совсем перестал понимать, где север, где кто, он, указав на замшелый такой, ржавый ящик без герба и без гордой надписи «Почта СССР», сказал:

— Кидай сюда.

— Что-то ящик уж больно подозрительный. Из него письма-то хоть раз в год вынимают, блин? — спросил я, вытаскивая из штанов мятый конверт.

— Вынимают — убежденно заявил Ключ и, подумав, добавил — Проверено электроникой.

Меня такая ссылка ничуть не убедила, но было холодно, и я, вздохнув, опустил письмо в этот ржавый короб. Все, пути назад не было.

А сегодня получил твое письмо, из которого ясно следует, что проверке электроникой вполне можно довериться. Надо взять на заметку.

Утром отправил тебе заказную бандероль, где фотографии, тексты и Краткий Курс Истории «Классификации Д».

А вечером, как я уже писал, пришло твое письмо с харей товарища Ломоносова на лицевой стороне.

По письму: 1. «К. Асессоров» не слыхал, но страстно хочу, кроме того, есть иные, кто тоже интересуется;

2. Желаю твоему сыну скорейшего выздоровления. Моя единственная дочь от первого брака живет с мамкой, при встрече величает меня на ВЫ. От этого мне становится несколько… М-да.

3. «Театр Мэнистрэлий«, наверное, хорошая ансамбль. При случае вдарь им поклон и самые лучшие пожелания из Сибири, я хоть и не слышал их экзерсисов, но верю, что ништяк.

4. Косте Кинчеву никогда не писал и не напишу, несмотря на то, что люблю его как, скажем, рев парохода. Даже если бы он и ответил.

5. Про рецензию забудь, не терзай меня по-пусту. То, что ты стал писать короткие тексты, приветствуюя, как дурачок лозунги на первомайской демонстрации.

6. Не понял одно слово. Вроде «… с мнением можно и прокачумить(?)…» Что-то связанное с чумами? Годится!

7. «Нюанс» — Стулья, Звери-господа, Случай на электростанции, Семен, Ублюдок — а еще что-нибудь они играют?

8. Спасибо за словарь. Надеюсь, что с твоей помощью удастся-таки вылезти из тьмы безграмотности.

9. Жена говорит дело, поцелуй её от меня и шли ПНЧУ. Верну, бля буду!

Вести с полей: 1. Нас, похоже, турнули из клуба. Месяц уже не играем. Свешали, суки, на нас каких-то дохлых собак. Заставляют бродить по инстанциям. Надеясь вывернуться, хотя времени круто не хватает. Работу фатально завалил.

Трахают меня, как певичку какую, и справа, и сбоку, и в глаз даже. Вонучий стал, как мусорка. Все коммунисты, да Маркс с Лениным, понапридумывали стервецы заморочек всяких. Все против рок-н-ролла. Вот, оказывается, в чем прозорливость этих бородатых козлов была, а я-то грешным делом все в толк не мог взять — что же они такого невьебенного выдумать могли. Все Ленина читал-читал, конспектировал-конспектировал и только сейчас что-то начинаю понимать. Да, ладно, умерли и хорошо, земля, как говорится, пухом.

2. Дураки и дурочки вокруг нас забегали. Льстят, гандоны. На Фестиваль вот пригласили в Красноярск, 21–23 апреля. Название позорное — Рок-периферия’89. Не знаю уж что за сила может сдвинуть эту железо-бетонную «Классификацию Д» из состояния полного покоя, но если мы туда все же попадем, то отпишу. Там, кстати, наши старые кореша ожидаются — «Восточный Синдром». Не интересует? А то смотри, закатаю пожалуй «Студию 13». Good album!

3. Записали с грехом пополам «Происхождение Культуры». Мне нравится. Пожалуй, будет покруче, чем «Поделки Инвалида».

4. Ленинградский фестиваль, скорее всего, перенесется на июнь — Житинский зашился в конец. Он надыбал новый ансамбль из Донецка, «Утро. Осень» называется. Пишет, что крутизна, хотя содрано у Градского и «Классификации Д». Это старый, видимо, шутит.

Пока хватит. Всем привет. Обнимаю и целую, твой Гинэ Штух.

 

Ура бум-бум! 1990 #05
 Ростов-на-Дону. Журнал Галины Пилипенко "Ура бум бум"

Здравствуй, Серый, прости за фамильярность.

Получил пакет, спасибо. Особенно в кайф «семенное» фото. Только что-то вы все какие-то кислые, даже барышня, симпатичная, повесилась на трубу, вместо того, чтобы обвить чью-нибудь шею. Я в начале подумал по рассеянности, что она надувная, вгляделся, а она дышит, кстати, почему фамилию сестренки не указываешь? Или она не член… «КлД»?

Ладно, перестаю стебаться, я ж понимаю, что это все для понта. А кочегарка, действительно, в кайф, газовая, наверное, если мое технократическое чутье не изменяет.

Ты тут, брат, погнал что-то на себя, мол, обидел меня. Не терзайся, я не обидчивый, наверное, стихи, то есть тексты мои, действительно барахло, кстати, ты один из немногих, кто честно это говорит. Ну что ж, буду стараться, совершенствоваться, хотя, если честно, я в этом отношении большой похуист и строчки не шлифую, пишу, как болит, или же, как по кайфу, короче, я поэт не формально-формалистический, а рок-н-ролльно-графоманический (ничего себе каламбурчик — примечание автора). Сам я чувствую, что весь смысл, мною заложенный в текст, заключается в названии, все остальное, как говорится — слова.

Ну ты сам понимаешь, что едкого заголовка для песни мало, вот и приходится сопли размазывать по микрофону. Вот например: представь себе у «Кью» или «Паблик имедж ЛТД» песня с таким названием: «Трава у дома».

Дальше мы слушаем и торчим, и нафиг нам, что там: земля в иллюминаторе… и сын грустит по матери. Считаю, что главное — это музыка, а стихи нехай товарищ Вознесенский пишет и в союз писателей сдает.

Вот я недавно и нечаянно песню родил, прости, что не написал, ибо я их в основном рожал, сидя на унитазе, за неимением письменного стола. Название такое: «Про Коммунизм». Казалось бы, ну что тут еще-то говорить, но музыка требует фактуры. И уподобившись Богу Гребенщикову, я взялся за карандаш и:

Друзья! давайте просто выпьем

И ни о чем не будем спорить

К стене поставим голых женщин

Друзья! давайте будем петь

Только о хлебе и труде

И переделаем все звуки

В родные трели для народа.

Потом пойдем в ночное поле

На трактор сядем и поедем.

Я знаю ров за горизонтом,

Который нам пора засыпать.

(Вот такая теплая песенка).

Дела Т!НН, как ни странно, идут и, кажется, прямо вперед. Получив кучу приглашений на всякие гастроли, я разом всех послал на фиг, сказал, что мало платят. На самом деле «бабок» у меня совсем нет, ибо я уже полгода за бабки не играл, все как-то на халяву звали после распада ДиВа. Я, пардон, профессиональный рокер, то есть больше нигде не работаю и не хочу.

Последним моим местом зарплаты был дет. садик, где я служил дворником, но это было 2 года назад, после окончания университета. Потом, когда у ДиВа покатили дела, я и вся моя шарага заимела в трудовой книжке надпись: «музыкант».

В начале было ништяк, чувствовал себя Гнатюком (минимум). Потом «корыто» рассохлось. А надпись в трудовой книжке до сих пор как «хуй» мелом на кремлевской стене. Я хотел было положить на «профи» работу в рок-клубе, но вскоре понял, либо все на…, либо делать новую группу и дальше вперед. Впрочем, хрена пугать себя славным именем двевнекитайского поэта (Ли Бо).

И я оставил все как было. У ДиВа было скандальное, но все же в какой-то мере коммерческое имя и репутация в рок-шоу-жизни юга России. Т!НН вылезло на первые гастроли в Крым и там нас в момент свинтили за хулиганство и лево-политиканство на сцене. Дело в том, что новый директор сдуру сунул нас по линии филармонии, а там думали, что мы дети Ротару.

С тех пор Т!НН пополнило ряды профессионального советского индепенденса. То есть твой покорный слуга обыкновенный труболет, который каждый день в любое время репетирует или шляется по делам свободных художников, а зарплату, естественно ему никто не платит, ибо в стране хозрасчет.

Слава богу, хоть отдел кадров терпит «мертвые души». Там тоже шутники и, похоже, поверили в мое магическое название Т!НН. Недавно наши директора надумали подсунуть Посиделовщину в братскую Болгарию, но покупатели там увидели видеоклип «Эй! Москва» и фильм «Похороны ДиВа» и мягко так говорят: нам бы что-нибудь попопсовей и покомсомольскей.

Так что на Ракию я опять пролетел, так же, как в прошлом году пролетел на солнечную Финляндию по причине плохой комсомольской характеристики.

На сей день сижу на неотесанной скамейке и тренирую голый зад. А от гастролей отказался я не по причине зажратости, а по причине перестройки в группе Т!НН. Ушел второй гитарист. Хочет играть полет шмеля быстрей шмеля, а я этого долгие годы не позволял. Теперь Т!НН уже готов к труду и обороне в составе трех музыкантов + сессионный саксофонист из группы «Абонент 09» (местный Фрэнк Заппа).

Все, что ты слышал на пленке, уже кануло в историю (пьяную). Теперь это что-то совсем другое, мне самому до сих пор непонятно, но нравится. Наверное, это пройдет, ведь все проходит.

Недавно Дортмундовский рок-клуб (ФРГ) пожелал увидеть у себя на панк-фестивале группу «ДиВ», о которой в прошлом году журнал левой молодежи ФРГ «ЭЛАН» N2, 1988 отгрохал статью: ПАНК ОВ ПЕРЕСТРОЙКА с подробным цитированием моих стишков и дебильной фотографией моего же дебильного профиля.

Статья полна сахарина, где «ДиВ» сравнивают по мощности с «Секс Пистолз» и чем-то еще (ха-ха). Теперь вот хотят нас, видимо, с Джонни Роттеном познакомить. Каково будет, если я нацеплю фрак и комсомольский значок и рвану сквозь полосатые, как митьки, пограничные столбы, на встречу с дядей Роттеном, делиться «комсомольским опытом» вместе с сявками из КГБ.

Остается только утешать себя, что в самый последний момент Т!НН заменят более достойной для встречи с половыми пистолетами ВИА «Влюбленные», которые уже имеют опыт, после финского панк-фестиваля, где они познакомили наш рок-ВЛКСМ с местными фашистами.

Однако все в кайф, жизнь стремная, но очень интересная. Я вот недавно очень ныл, ныл, пока не понял, что нужно жить смешно. Правда, пока на смех смахивает лишь нервный тик на морде, но думаю, что и этому можно научиться.

В Ростове намечается рок-фестиваль. Правда, пока мой сын лежал в больнице, я сильно отстал от жизни рок-клуба, и ни черта не знаю, что, кто, когда. Крутая группа Театр Мэнистрель тоже что-то захерела и от них ни слуху, ни духу, говорят, что распалися на театр, на мене и на стрелей. Хотя к Питерскому фестивалю «Авроры», думаю, что соберутся, они хлопцы прыткие.

В Ростов приехала английская группа «Пост Эмпайерс». В зале пол зала. Говорят, «дерьмонтин-рок». Я не ходил и не пойду, денег нет и нелюбопытно мне смотреть на аналоги сестер Липс и Грэга Бонэма.

А вот на «Соник Кьюс» поехал бы даже стопом хоть в Хабаровск. По ТВ Троицкий крутанул кусочек, вот это моя музыка, я за такое родину продам (за большие деньги и хорошим людям).

На сем се

Ваш Посиделов.

п. с. К сожалению, ДиВ и Т!НН никогда не делали семейных фотографий, только все вразброс, прилагаю наши рожи.

Ростов-на-Дону. Журнал Галины Пилипенко "Ура бум бум"

18 апреля 1988 г. Посиделову Валерию

от Корженевского Сергея

Здорово, брат Валерик!

Сегодня получил твое письмо. Большое. Спасибо. Давно не получал таких забойных писем. Вскрыл конверт и сразу на заднюю страницу, привычка, которую приобрел в Советской Росии за долгие годы проживания в последней. Все самое интересное на задовицах, на передовицах, как правило, все больше шапками машут, казлы, блин!

Читаю следующее: «К сожалению, ДиВ и Т!НН никогда не делали семейных фотографий, только все в разборе (?), прилагаю наши рожи.

Я усмехнувшись гадко, принялся аккуратно листки перебирать. Рож нету. Тогда взял конверт и принялся трясти. Ничего не выпадает. Посмотрел на просвет вроде пусто. Тогда, не успокаиваясь, сунул нос внутрь, точно — там! нет ничего.

Подумал, ага, значит от руки нарисовал, дружеский, так сказать, шарж. Посмотрел к (черт, «к» написал по воле господа), просмотрел поверхностно текст письма — рисунки отсутствуют количественно. Осталось последнее — обратиться к марке «Почта СССР».

На ней рож полно. Один, лысый и в польте, рукой указует с броневика, впрочем, трудно разобрать, может это бочка из-под горючих материалов. Лица лысого не разобрать, поскольку почтовые работники его замазали черной волнистой линией, вроде того, как дети море рисуют. Но что лысый, видно хорошо. На фоне красного флага. Вероятно, это ты. Где ж так облысел, бедолага? Иль проходил службу в подводных частях?

А вокруг ДиВовцы и Т!ННовцы? Большая компания! Как ты с ними справляешься? А еще говоришь, не делали семейных фот. Вот, даже на марках. И подпись подвели с юмором, блин, — «Призыв Вождя». Я, конечно, понимаю, для понта все, однако смешно. Валера скажи по секрету, кто конверты подписывает? Ни за что не поверю, что ты сам. Больше похоже на подчерк женщины.

И вот что мне подумалось, вероятно, надувные тетки на почте вскрывают конверты, выковыривают оттуда рожи любимых рокеров, подписывают конверты заново, налепляют на них марки с дурацкими надписями типа: «С Праздником Октября!» и шлют на радость сибирским лопухам. Без фот — вот ведь гады!

Такое поведение женщин лишний раз подтверждает тот факт, что рок-н-ролл и понятие «дама» несовместимы. Как только в группе появляется лицо противоположного пола (в качестве равноправого, вернее, равноправного члена, но, заметь, не партнера!), все, можно сливать воду, и группу смело вычеркивать из анналов. Мне было даже несколько обидно прочесть в твоем тексте саму мысль о том, что в «КлД» прокралась подлая тварь, я имев в виду, естественно, женщину. А та, что висит на трубе, ее просто пригласили для съемки. Симпатичная, это верно. У теток этого не отнять, здесь я полностью солидарен с тобой.

Фамилии ее я не знаю, а зовут Анной. Красивое имя.

Привезли мы ее в наш поселковый клуб, кстати, нас уже из него поперли местные божки, привезли, значит, в клуб, выпили фуфырь коньяку и принялись уламывать, чтоб поснималась без одежд. Пришлось попотеть. Однако уговорили, расселись по местам, дело было в подвале вышеозначенного клуба, кстати, слышно было, как она снимает с себя тряпье. Мы не оборачивались, поскольку таково было условие.

Счелк, счелк, и готово. Опять послушали, как трещит электричество (статическое), образуемое путем натирания об тело шерстяных одежд, на дворе стоял февраль, мело снегом, гадко было на душе. Потом пили Сов. Шампанское и смеялись. Никогда бы не подумал, что могу упиться с шампани, однако так окосел, что пришлось Фрибусу волочь меня к себе домой, поскольку до Кольцово я бы уже не добрался. Еще будучи трезвым, пытался увлечь Анну в темны углы, трезвым, конечно, относительно.

Со мной всегда так, стоит чуть-чуть поддать, как сразу взыгрывает во мне либидо и я начинаю кидаться на всех женщин, что попадают в поле моего усеченного зрения, весьма отягощенный проблемой продления собственного рода. Потом обычно бывает стыдно.

Поскольку до конца дело еще ни разу не доходило. Люблю я, брат Валерик, праздно попи. еть, но как только дойдет до дела, сразу в кусты сруливаю. Очень я скромный в этом плане. Или совестливый? Одним словом, придурок, обезображенный душевными ранами. О, кстати, вчера послал тебе рассказ «Стена». Хотел его послать в «Юность», даже послал, приложил ответ, чтобы столичных шпиздней не утруждать, там было следующее: «Дружище Серж! Рады были получить твои рассказ «Стена». Хочется отметить, что напечатан он на хорошей бумаге. Не волнуйся, мы знаем, как поступать с подобного рода продукцией. Желаем успехов на поприще в ближайшее будущее.

Полный вперед! Всего доброго, редакция журнала «Юность». Что-то вроде того. Эти козлы, похоже, даже не читая, выслали мне все назад с маленькой такой писулькой, что, дескать, ваш рассказ, блин, редакцию не заинтересовал. Тоже парни с юмором. Я бы сдох, наверное, если бы он их заинтересовал. Или полагают, что я забыл, где живу? Не-е-ет, я все помню. Ладно, хрен с ними, они где-то за Уралом, а это очень далеко, слава богу.

Ранее выслал тебе газетку «УХ» с материалами Конторы БрД. Эта организация функционирует на МехМате нашего универа, который я тоже имел удовольствие в свое время кончать.

Только другой факультет — физический, не физкультурный, как скажем композитор Морозов или Резник, а тот, где обучают науке физике. Правда, что это я уже давно забыл, поскольку был распределен в институт молекулярной биологии, где и числюсь до сих пор. Однако полагаю, что это ненадолго, поскольку все чаще ловлю косые на себе взгляды начальства. Они, вероятно, полагают, что я жру их хлеб, пью их квас. Сволочи, если это так, конечно. Сам я, во всяком случае, увольняться не собираюсь. Надеяться получать дивиденды с музыки — дебилизм чистой воды, покуда дают на квас, буду брать, погонят — поищу что-нибудь другое.

Только не музыкально-профессиональное. Лучше уж хоккеистом пойду. С ранних лет, сколько себя помню, разрывалась моя душа между бренчанием на гитарах в подъездах средь пьяных подруг и игровыми видами спорта, где, кстати, я немало преуспел. Обучаясь как-то в Томске, тоже в универе и тоже на физфаке, игрывал даже в баскетбол за факультетскую сборную.

Потом меня поперли. Впрочем, я не сопротивлялся, даже сам написал официальное заявление, где просил отчислить меня из состава по собственному желанию. В Томском универе познакомился со своей будущей женой, которая мне родила дочь. Какая она (дочь) ныне я не имею представления, хотя живут они с мамой, то есть с моей первой женой, буквально через дорогу. Не помню, писал я уже это или нет. Впрочем, неважно. Ныне я вновь женат, повторно. Муж я хреновый, не знаю, долго ли еще меня будут терпеть в этой семье. В общем, здесь я вновь проявляю присущую мне пассивность (как и во всем другом), предаваясь дурацким мечтам и куря в сортире.

Любимое мое дело — сидеть и тупо смотреть в стену. Хорошо, если по ней ползет таракан. К этим животным я отношусь с большим удовольствием, блин, хотел написать уважением, хотя правильно и то, и другое. А кошку, которая с нами живет, с тараканов рвет.

Дура, она их ест, хотя на них надо просто смотреть. Тараканы — это символ вечности и надежности! Если у нас в стране вдруг сменится власть (чем черт не шутит, прости господи?), то новым ребятам надо посоветовать изобразить на гербе Родины таракана. Широкие слои трудящихся, думаю, меня поддержат.

«КлД» переживает очередной интересный период жизни. Популярность наша стремительно разрослась за последнее время, в то время как на месте нас вдули, что называется, и в хвост, и в другие подобные места. Профком отобрал все к едрене Фене. Уже месяц не играем. Репетировать абсолютно негде. Хорошо.

Сам не знаю, радует меня это или огорчает. Как уже писал, страсть как не люблю что-либо делать, тем более репетировать. Долдонишь одно и то же, долдонишь до тошноты. Я вообще ничего до конца не довожу. Сначала вроде интересно, но быстро надоедает. Единственное, так это сигарету выкуриваю до фильтра, поскольку всегда жалко бычок выбрасывать. Порой даже фильтр скуриваю, но это редко, уж больно гадок.

Забегали вокруг нас толстожопые эти функционеры, улыбчивые такие, в глаза заглядывают. Приглашают нас на фестиваль в Красноярск. Это что-то новое для «КлД». Мы еще ни разу не удостаивались такой чести. Сладко жмурясь, предвкушаю близкий уже провал. Хе-хе. Будут знать, гады, как созывать рокеров из деревень.

Кстати, до последнего времени я выступал во фраке. Порой красил рожу, но теперь этим не балуюсь. Больно хлопотно. Сначала мулюешь-мулюешь, потом вспотеешь, кожу щипет, на фиг, а потом еще хрен отмоешь. На совесть делают грим, патриоты. Надоело.

Кроме того, хозяйка фрака на меня в обиде, хотя я не знаю, с чего бы это. Пришел сегодня, она говорит — бери, я взял, а на нем какие-то сопли, думал — ведь меня же потом обвинят в каких-нибудь несуразных половых извращениях. Короче, я отказался и не жалею. А Ленинградский сэйшн будет, как ты, наверное, знаешь, 7-8-9 июлю, вернее, июля. Проводит какой-то Ленконцерт при участии французиков (их свет и звук). Даст бог, свидимся. Фестиваль в Новосибирске переносится на осень. Ура!

Обнимаю и целую, всецело твой Штух.

Р.S. Дорогой Валерик! Прости, что не пишу тебе рукой, просто не могу этого терпеть еще со школы. Да и подчерк у меня дюже хреновый. Всем привет.

Ростов-на-Дону. Журнал Галины Пилипенко "Ура бум бум"

Привет, Сергей!

Да, с фоторожей промашка вышла. А на марке — тот, лысый — к счастью — не я, волосья у меня создатель пока не отнимает. Это единственное мое, пожалуй, достоинство — перья. Жена моя, коей поручено было конверт запечатать и исправить ошибки, допустила бесхалатность, хотя, кажется, она тогда была в халате. А может быть, решила фотографии арестовать, мотивируя тем, что они ей не понравились. Видимо, хотела сунуть в конверт Майкла Джексона, но под рукой фотографии Михаила не оказалось. Оказия.

Я живу, как и подобает дылде на 29 году жизни: тупо созерцаю происходящее и нюхаю мутирующиеся цветы радиоактивной весны. В Ростове эта самая весна ухе третий месяц. Цвести все начало еще в феврале, а спариваться и совокупляться неохота. Даже коты воют не по старинке — рок-н-ролльно, а как-то мягко-попсово-авангардистски. Чернопыль — едрена-корень, зато огурцы на базаре величиной в средний спартанский пенис, что и забавляет бабушек-покупательниц.

Извини, старик, потом допишу.

Твой Посиделов.

Ростов-на-Дону. Журнал Галины Пилипенко "Ура бум бум"

Кольцово 19 июня 1989 г.

от Корженевского С. Посиделову Валерию

Высылаю тебе книгу: «Луна В Тумане» (японская Кл. Проза)

Здравствуй, Валерий! Получил журнал, очень рад.

Пришел шеф, отвлек от написания. Я имел неосторожность обещать ему описание трехмерной игры «Жизнь» некоего Дьюдни в «Сантифик Американ», пришлось обещание выполнить, шеф, увидав все мои журналы, сгреб их в охапку и уволок домой, все 23 номера. Кроме того, забрал записи «ПИ» и «ПК». Для сына. Е

му самому наше творчество несколько чуждо, кроме, впрочем, песни «Нефть??», это его любимый хит. Но недавно к нему прие? хал сынок, живущий с его первой женой в г. Иркутске, вот он и взял записи для него, сказав мне, что сынок, мол, здорово в рок-музыке шарит.

У меня в глазу, или мне, показалось? засверкало недоверие.

«Сколько ему лет-то?» — спросил я.

«В восьмой класс перешел» — ответил шеф.

«Я в его годы тащился от «Дееп Пурпле» — заметил я.

И добавил: «Помню, в 9 классе у нас появилась первая пластинка «Генезис». О! как я плювался!!!»

Мда, такова быль. Ладно, шеф срулил, я продолжаю писать.

Вернусь к «Ура! Бум-бум». Хороший журнал. Главное короткий. Я прочитал его в один присест. Это хороший признак.

В мире есть, я не считаю, естественно, «УББ», всего лишь один журнал, мой самый любимый — я его читаю по дороге от почтового ящика до квартиры, — «Веселые Картинки». Там порой даже смешные вещи публикуют. Вот уже многие годы я являюсь неизменным подписчиком этого периодического журнала.

А от «Сантифик Американ» в этом году отказался, поскольку практически перестал заниматься наукой, это с одной стороны, а с другой — больно дорого стоит. А у меня в последнее время что-то с бабками напряг.

Кроме того, я все больше отдаляюсь от точных наук, которым, в сущности, посвятил себя с 15 до 25 лет, в сторону гуманитарных. Хотя, вероятно, это явление временное, поскольку замечаю, что, возвращаясь к физике или математике, трепещу от изящества и красоты этих дисциплин. И ругаю себя за то, что по уши погрузился в эту словесную жижу, где нет ни кайфа, ни шарма, и сколько людей, столько и мнений. Кроме того, явно прослеживается тенденция начищения репы. Это уже слишком, — ни в какие… Тоска.

Самое запоминающееся место — описание альбома «Эл. — суд. Терапия». Но похоже, сама команда — кал, а реклама ей в полный рост. Вот так всегда!

Привет, обнимаю и целую, твой Штух.

 

Ура бум-бум! 1990 #05
гр. «Классификация Д» п. Кольцово 1989г.